Демографическая яма всё глубже. Или почему русские женщины не рожают, как кошки?

Накануне встретил приятеля, с которым не виделся уже довольно давно (пандемия, дела — то, сё). Заговорили, как водится, в таких случаях сразу обо всём. В том числе и о детях — уже взрослые, пытающиеся жить самостоятельной жизнью, они совсем не торопятся заводить семьи и, тем более, обзаводиться детьми.

«Такими темпами нас скоро совсем не останется! — возмущался приятель. — Я уже думаю, что этот древний обычай с калымом был совсем не глупой затеей — если в браке детей не будет, баранов-то придётся отдавать, а этого никто не хочет, вот и приходилось волей-неволей рожать, и рожать много. И сейчас, гляди: рожают не русские девчонки, а те, которые в хиджабах, которых в городах всё больше...»

Жёны на призыв знакомца «заострить проблему» отреагировали довольно вяло. Моя даже не поняла сразу, чего хочет мой собеседник. «Хочет заставить девчонок рожать», — пояснила подруга. «С ума сошёл, они сами как-нибудь без него разберутся», — отреагировала жена.

Женщины, как всегда, оказались мудрее, справедливо полагая, что природу не обманешь, вмешиваться в естественный ход вещей себе дороже — будет только хуже.

Вспомнился старый фильм Шукшина «Живёт такой парень» — тот эпизод, где пожилой шофёр втолковывал своему ровеснику, никогда из деревни не выезжавшему: «А детей, кум, не жди — не вернутся они из города в деревню, к хозяйству. Не то сейчас время».

Действительно, не то. Я смотрю на выкладки, которые приводит Bloomberg, и думаю о том, что с целью остановить снижение численности населения России в 2022 году и перейти к росту президенту Путину придётся проститься (если он, конечно, ещё думает о демографии). Особенно после того, как спецоперация и мобилизация стали накладываться на «демографическое эхо» «лихих» 1990-х.

О том, что рост населения в 2030 году недостижим, говорилось еще в августовском докладе правительства: с учетом последствий пандемии и эмиграции убыль населения через восемь лет достигнет 417 тысяч человек.

Если военная операция не прекратится в ближайшие месяцы, ситуация ухудшится и в России в 2022 году будет всего 1,2 млн рождений — это самый низкий показатель в современной истории, сказал агентству демограф из Института Гайдара Игорь Ефремов. В среднем за год в стране регистрируется 2 млн смертей, в пандемическом 2021 году эта цифра была близка к 2,5 млн.

А всё потому, что главным фактором снижения рождаемости станет фактическое исчезновение горизонта планирования у большинства семей, которые станут откладывать рождение детей. «Причём воздействие будет тем сильнее, чем дольше продлится мобилизация», — говорит Ефремов. Собственные перспективы и перспективы семьи, основанные на переживании событий личного опыта, оцениваются россиянами гораздо более объективно и рационально, чем действия власти, прикрытые господствующей мифологизированной доктриной, созданной государственной пропагандой.

Поэтому, видимо, и без того скромные планы российских семей по рождению наследников будут откладываться всё дальше, как это было в упомянутые 90-е.

А эмиграция, снижение фертильности и военные потери, по мнению экономиста Bloomberg Александра Исакова, одновременно снизят потенциал роста и потребуют ещё больше денег на стимулирование рождаемости. Между тем, отмечает агентство, демографический фактор отвечает за четверть утраченного Россией потенциала роста ВВП, который до спецоперации оценивался в 2%, а после её начала — уже в 0,5%.

С начала года по 1 августа население России сократилось на 475,5 тысяч человек. Катастрофического провала демографы ждут весной 2023 года, а за 12 месяцев к середине 2024 года рождаемость может опуститься до 1 млн человек. Коэффициент фертильности (число рождений на женщину за детородный период) снизится до 1,2, тогда как для нормального воспроизводства нужно 2,1.

Такие минимумы в России были только однажды — в 1999–2000 годах.

Чтобы внести в эту мрачную картину хоть немного позитива и надежды, скажу о ещё одном, не бросающемся в глаза вкладе «спецоперации» — она (естественно, вместе с мобилизацией) довольно активно изымает из народной толщи социума мужчин-альфа и мужчин-омега, т.е. биологически самых высоко- и самых низкоранговых самцов. Мысль, признаюсь, не моя, но выглядит довольно здраво, хотя, безусловно, жутковато. Чистый социал-дарвинизм.

Так вот, если верить «Толкователю», то боевые действия на Украине, длящиеся аж с 2014 года, уже в большом количестве изъяли из российского социума альфа-самцов — старомодных, конфликтных, слишком верящих в свои силы «настоящих мужиков", с большим уровнем гормона тестостерона.

А сейчас мобилизация в большом количестве изымает омег — мужчин, не нашедших в себе силы сопротивляться (и тем более пойти в добровольцы) и покорно полезших в окопы. Кстати, оба мужских типа подходят для войны хотя бы тем, что, как утверждают этологи, не способны испытывать эмпатию.

Считается, что «альф» в обществе совсем немного, «омег» чуть побольше (до 30%), а остальное мужское население — это почти чистые «беты». Сиречь середняки, которые только выигрывают от убыли крайностей. А вместе с ними, пожалуй, выигрывает и постиндустриальное общество, основу которого как раз и составляют бета-самцы.

Как говорят те же социальные антропологи, от альф женщины предпочитают рожать (или, по крайней мере, заниматься сексом), омег игнорируют, зато беты самые заботливые мужья и отцы — эмпатичные, неконфликтные, хорошо обучающиеся.

Кроме того, полагают всё те же социальные антропологи, любая война повышает коллективный IQ у мужчин воюющего социума. Выбивают альф и омег, у которых по сравнению с бетами пониженный уровень IQ — общество умнеет. И может рассчитывать на повышенный экономический рост после завершения боевых действий.

Источник: СамолётЪ
Автор: Илья Неведомский

При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора публикации

Яндекс.Метрика