Из-за скромности вологжанка лишилась половины пенсии

statics/images/arcticles/012019/30012019xd5532fee.jpg

Порой в жизни случаются ситуации, когда по закону вроде бы все верно - сам виноват, но чисто по-человечески - обидно и несправедливо. Именно так произошло с пенсионеркой Анастасией Зеленской, в 69 лет оставшейся без своего жилья, прописки и средств к существованию.

На чужой картошке и чужих дровах 

Эта история началась с телефонного звонка. Женщина из междуреченского поселка Туровец просила через газету выразить благодарность двум односельчанкам - Галине Косоуровой и Татьяне Питеряковой. Мол, если бы не их картошка, капуста и тушенка - хоть завтра ложись да помирай: жить все равно не на что. 
Оказалось, что Анастасия Леонидовна уже три месяца живет в Туровце на «птичьих правах», попав туда после тяжелого заболевания, и каждый месяц судебные приставы снимают с ее карты половину пенсии. Причем недавно якобы под изъятие целиком попали и начисляемые ей как инвалиду II группы дополнительные выплаты, все 2590 рублей.
Когда мы приехали в Туровец, увидели добротный дом на заснеженном берегу Сухоны. Прямо за калиткой резвились три больших, но добродушных пса.
- Не мои, приблудные, - улыбается Анастасия Леонидовна. - Сама часто только на хлебе с картошкой живу, но и собак подкармливаю, чем могу. Жалко ведь.
В доме обстановка скромная, но чисто и уютно. 
- Если не считать одежды, практически все остальное не мое, чужое, - поясняет пенсионерка. - Хозяйка Маша в Сокол жить уехала, а мне свой дом вместе с мебелью сдала. Замечательная женщина, добрая! Договорились, что буду ежемесячно по полторы тысячи ей перечислять, но пока еще ни разу не платила - не из чего. Маша вошла в положение, даже оставленными дровами разрешила печь топить, но что будет дальше - не знаю.

Когда-то вместе с мужем Анастасия Леонидовна жила в Вологде, в благоустроенной квартире. Но после развода перебралась с дочкой в малосемейку. Потом дочь стала жить отдельно, героиня нашей истории уехала к знакомым в Тотемский район. В 2014 и 2015 годах взяла в двух коммерческих банках потребительские кредиты на общую сумму немногим более 200 тысяч рублей. Присмотрела себе старенький дом в Кущубе, купила, но в то время уже тяжело заболела. 
Больше года лечилась, пройдя через несколько курсов химио­терапии. Кредитные платежи в какой-то момент вносить перестала, так как думала, что уже не выкарабкается. Но жажда жизни оказалась сильнее. После выздоровления вернулась в Кущубу, но старый дом без удобств оказался непригоден для проживания. Говорит, что, когда покупала его больная, на недостатки даже не смотрела, была только одна мысль - если сейчас суждено умереть, то хотя бы в своем доме. 

Банки на слово не верят

Она снова уехала в Тотемский район. Там-то и нашли ее присланные дочерью судебные бумаги, из которых выходило, что Анастасия Зеленская является ответчиком по двум гражданским делам по иску коммерческих банков о принудительном взыскании кредитов. Оба судебных заседания прошли без присутствия ответчика (Анастасия Леонидовна уверяет, что ничего о них не знала, так как давно не появлялась по месту прописки), но вердикт в обоих случаях был предсказуемым - долги придется платить.
Робкие попытки Анастасии Зеленской постфактум оспорить судебное решение хотя бы в одном из коммерческих банков - «я ведь во время болезни обращалась к вашей сотруднице, и она мне устно пояснила, что в таких особых случаях может быть сделан перерасчет» - были, естественно, отвергнуты. Мол, у вас официальная бумага от нас есть, что именно так мы вам говорили? Нет, не догадались ее взять? Тогда - это ваши проблемы!
Так как вместе с основной суммой долга суд обязал ответчицу выплачивать неустойку по процентам, штрафные пени и госпошлины, суммы получились внушительные. Чтобы расплатиться полностью, пришлось бы почти два года отдавать всю пенсию (примерно 12 тысяч с «копейками») - целиком. Но всю пенсию по закону забирать нельзя, можно только половину. А так как в данном случае все списания проводились по безналичному расчету, понять градацию этой самой половины оказалось совсем не просто.
По словам Анастасии Леонидовны, последний раз ей на карту перевели лишь 5800 рублей, что значительно меньше как официального прожиточного минимума для пенсионеров, так и арифметической половины ее номинальной пенсии по старости. А учитывая, что из 5800 рублей две трети пришлось отдать по долгам за продукты в магазине и лекарства, не удивительно, что существование Зеленской, которая в первых числах ноября перебралась жить в Туровец, чуть ли не целиком стало зависеть от сердобольных соседей.
Ситуация усугубляется тем, что все вовлеченные в гражданско-правовые отношения стороны имеют разную ведомственную подчиненность и территориальную принадлежность. 
Офис одного банка-взыскателя находится в Вологде, второго - в Соколе (так же раздельно проходили и суды), но само принудительное списание пенсионных средств осуществляется через третий банк.

«Многого я не прошу…»

Помимо разгадывания юридической казуистики пока не удается Анастасии Зеленской решить и другую, не менее актуальную для нее проблему - из Вологды она выписалась, но прописаться в Туровце или хотя бы оформить здесь временную регистрацию не может. Для этого надо ехать в райцентр, в Шуйское. По прямой между этими населенными пунктами всего 40 километров, но они на разных берегах Сухоны. Ехать нужно в объезд, через Сокол и Вологду, а это более 200 километров в каждую сторону и несколько автобусных пересадок. Позволить себе траты на такое путешествие из скудного «огрызка» пенсии Анастасия Леонидовна пока не в состоянии.
Общение с временной хозяйкой дома прерывает стук в дверь. На пороге единственный в Туровце социальный работник Татьяна Нестяк с присланными по факсу из райцентра листами с различными вариантами социальной поддержки, полагающейся людям, оказавшимся в столь же сложной ситуации, как и Анастасия Зеленская.
Тут надо отметить, что за два дня до поездки в Туровец мы отправили запрос в областной департамент социальной защиты населения, где кратко обрисовали ситуацию, но не назвали фамилию заявительницы - услышанное от нее по телефону еще надо было перепроверить. Специалисты департамента, следует отдать им должное, сработали оперативно. По своим каналам узнали, о ком именно идет речь, и связались со структурным отделом в Междуречье.
Правда, предложение перебраться в одно из трех в нашей области (в Вологде, Череповце и Кадуе) отделений для социальной адаптации лиц без определенного места жительства Анастасия Леонидовна сразу же отвергла: 
- С бомжами жить не буду, и вообще, мне в Туровце нравится, здесь хотела бы остаться!
Не подходит ей и вариант социального надомного обслуживания. Бесплатно этой услугой могут воспользоваться только те пенсионеры, чья пенсия ниже прожиточного минимума, а у героини нашего рассказа номинально она выше. То, что из этой пенсии половину высчитывают по исполнительным листам, закон, к сожалению, не учитывает. 
- Я многого не прошу, мне бы только послабление какое по кредитным платежам было, да жилье бы свое здесь, в Туровце, получить, - сказала нам на прощание Анастасия Леонидовна. - Может, с этим местные власти как-то подсобят?
- Свободного муниципального жилья у нас нет, но если бы и было, распоряжаться им мы не вправе, эти полномочия переданы в район, - поясняет глава Туровецкого поселения Анна Колесова. - А вообще, лично со мной Анастасия Зеленская ни разу не общалась, обращений о помощи от нее не поступало.
Этот же вопрос: «Почему она не обратилась раньше?» - задавала нам потом и социальный работник Татьяна Нестяк, честно признавшаяся, что до последних дней фамилия Зеленской ей и вовсе была не знакома. Туровец - поселок большой, и понять, что недавно приехавшему человеку нужна помощь, если сам он за этой помощью обращаться не спешит, сложно.
 

Источник: Красный Север
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика