Моя коллекция альфонсов

13.01.2017 [БлогоVO]

Часть первая 

Введение в альфонсоведение

На эту тему я вышел благодаря собакам. В 1995  году у меня была немецкая овчарка Чара и подобранный на улице кобель «московской сторожевой» Абрек. А потом в поисках заработка я стал собачьим гувернёром у ещё одного «москвича» Анкора, принадлежащего президенту банка.

Когда я выходил на прогулку с двумя, а то и тремя здоровенными псинами, почти всегда находилась дама, возглашавшая  - Это сколько нужно, чтобы его прокормить!

Для меня такой проблемы не стояло, так как я давно убедился в правоте народной мудрости – Если Бог даёт собаку, то даёт и на собаку.

Возгласы дам были непроизвольны и однообразны - они или ужасались или спрашивали - Сколько вёдер каши и супа сжирают мои «баскервили»?

Однообразие угнетало, и я стал привычно отбрехиваться – А сколько женщин кормят своих мужиков-дармоедов!

…Я был потрясён, увидев, сколько женщин замирало при этих моих словах. Одни молча уходили в слезах, других тянуло на откровенность с незнакомым человеком, и они рассказывали о себе, своих родственницах и знакомых.

По старой своей привычке я кратко записывал эти истории, пытаясь классифицировать.

А вскоре президент банка Денисов предложил мне перейти на работу в банк, и меня зачислили завхозом. Настоящий заведующий хозяйством, Саша Коржов, наверное, до сих пор не может понять – зачем в отнюдь не гигантском хозяйстве  банка понадобился второй заведующий…

И хоть я действительно занимался хозяйством в загородном доме банка в поселке Майский, взял меня Денисов  для выполнения  совсем других функций -  я стал начальником глубоко законспирированного отдела коммерческой разведки, замыкаемого лично на Денисова, и под его непосредственным руководством в короткие сроки создал идеально действующую структуру добычи и накопления самой немыслимой информации в расчете на дальнюю перспективу.

В том, что никакой перспективы не оказалось, я себя виновным никоим образом не считаю – у президента банка «Традиция» была вышколенная личная охрана, была своя разведка, но не было контрразведки, и потому бывшему президенту банка бывшие компаньоны вскоре в суде с легкостью доказали, что в банке он, собственно, и не работал, контракт, заключенный с ним, не действителен, так что рассчитывать он может только на государственную пенсию аж в полпроцента от заработка.

За «не работавшего» в банке президента, оказывается, банк исправно платил налоги и отчисления во всевозможные фонды, исходя из зарплаты в 10 тысяч долларов, что для нашего суда, самого независимого в мире, конечно же, не доказательство, как и заверенный нотариально контракт…

Я уволился вслед за Денисовым из банка и с тех пор был с ним неотлучно, до последнего дня его жизни, когда он скончался в ночь на 2 мая 2005 года.
Поскольку картотека и агентурные дела хранились вне банка, в загородном доме,  а в момент увольнения я числился в охране, то весь архив отдела коммерческой разведки достался мне
Одно время я даже сомневался, стоит ли хранить эту картотеку, и даже прикидывал, где лучше её сжечь – в камине шефа или у себя в печи. И как же я благодарил свою лень, которая не позволила мне уничтожить этот кладезь информации.

Как начальник отдела коммерческой разведки в средствах на добычу  и обработку любой информации я был практически не ограничен, потому как заранее не было известно, какая информация ляжет мертвым капиталом, а какая – принесет экономический эффект. Так, потратив немалые средства на проверку невнятного слуха, что один из вологжан приходится сыном немецкому военнопленному из Грязовецкого лагеря, я впоследствии немало способствовал заключению выгодного контракта с господином Сименсом. (Его партнер по бизнесу искал хоть какие-то следы  сгинувшего в русском плену дяди, а тут вдруг  ему были предоставлены  не только материальные свидетельства, но и живой потомок любимого дяди, что доказала генетическая экспертиза)

Но и спустя много лет картотека и дела оперативных разработок  не утратили свою актуальность, и даже - напротив! Бумаги лежали и желтели, а фигуранты продолжали жить своей жизнью, совершали карьеру или опускались на самые нижние ступеньки социальной  лестницы. Чиновники высокого ранга, капитаны бизнеса, бизнесмены и – бизнес-леди. При них, конечно же, мужчины…

Ну, так они себя называют.

Одна из папок архива так и озаглавлена – «Альфонсы».

Уточнение термина.
Многие альфонсы даже не сознают, что они альфонсы, а многих называют альфонсами совершенно зря.

Поскольку не существует государственного органа, который бы регистрировал альфонсов, этим занимается агентство «ОБС». (Одна баба сказала). Это весьма информированное агентство, но иногда оно даёт сбой по причине малограмотности своих сотрудников.

Не альфонсы

Прежде всего, следует исключить из их числа мужчину-домохозяина.

Да, официально, он может, нигде  не работает, но… Он работает!

С 1997 года до мая 2005 года при бывшем президенте банка «Традиция» Денисове я был одновременно собачьим гувернером, строителем, охранником, экономкой, поваром, банщиком, истопником, садовником, медсестрой и проч.

(А ещё – внимательным слушателем. За эти годы Валерий Денисов рассказал мно-о-о-ого интересного…

Официально я нигде не работал, но никто не считал, что я бездельничаю, и никто не удивился, что в результате этого домохозяйства я рядом с домом шефа построил свой двухэтажный дом, в котором и пишу эти строки. Я должен был закупить продукты и приготовить, подать завтрак, обед и ужин, накормить собак, кур, и декоративно-сторожевую гусыню, и ещё множество нескончаемых дел было в загородном доме, который нужно было ещё и построить, и содержать. Финансовое положение шефа становилось всё хуже,  и мы расстались с приходящими уборщицами, и подметать и мыть полы приходилось тоже мне, так же, как в два раза в неделю топить баню.

Так что если кто назовёт женскую нескончаемую домашнюю каторгу лёгким занятием – плюньте ему в глаза.

И мужчина, добросовестно выполняющий домашнюю работу, пока жена ведёт бизнес или совершает карьеру – это вовсе не альфонс! Настоящий альфонс, даже самого низкого  разряда, не утруждает себя домашней работой.

Так же совершенно неоправданно в эту категорию иногда зачисляют представителей свободных профессий, которые  оформляют на себя декретный отпуск, пока жена  трудится чиновником или управляет бизнесом.

И размер официальных доходов мужа и жены – ещё не показатель. Эдак мы и Юрия Лужкова могли бы зачислить в альфонсы при жене-миллиардере, если бы не понимали, что хрен бы  Елена Батурина стала успешной бизнес-леди, если бы её муж не сидел на финансовых потоках.

Так же альфонсами зачастую (и совершенно незаслуженно) именуются брачные аферисты. Между тем, цель брачных аферистов несколько другая – в максимально короткий срок обаять состоятельную женщину, развести на бабки и исчезнуть.

Жиголо - проститутка мужского пола, ублажающий женщин (и мужчин!) за отдельную плату.

Рядом с ними – охранники, шофера и вообще разнообразные случаи совсем другого явления, которое романтизировал  Эльдар Рязанов в одноименном фильме - служебный роман.

И, прежде чем перейти к собственно, альфонсам, отметим новое явление – сексуальное рабство. В сексуальном рабстве  чаще оказываются  гастарбайтеры - украинцы и таджики. (Последние – благодаря мнению, что могут читать Хайяма  на языке оригинала.)

Схема – гастарбайтер сдаёт паспорт, хозяйка придирается к качеству или срокам, включается «счётчик» и… Секс-раб живёт в относительном комфорте, но лишён свободы передвижения и  - главное – контактов  с окружающим миром. Не редкость, когда секс-раб содержится с ведома мужа.

Объяснение этому – в старом анекдоте, когда Иван-дурак женился на царевне, получил корону и  полцарства в придачу, но когда дело дошло до первой брачной ночи, заявил – Не царское это дело, в ….. ковыряться. А ежели тебе невтерпёж – так кликни лакеев, они тебя и …….

Что у мужа в любовницах длинноногая блондинка - надо объяснять?

Известны мне даже случаи, когда в целях безопасности встречи  хозяйки с секс-рабом контролирует охрана. Чаще - мужчины, поскольку считается, что они лучше умеют хранить тайну.
Мы же будем говорить именно об альфонсах - мужчинах-содержанках.

Существует стереотип, что альфонс может существовать только при состоятельной, богатой  женщине. Поскольку всё относительно, и при женщине-бомжихе может состоять вонючий, сизый кавалер, которого она поит, кормит, и получает регулярные побои, как доказательство любви.

Так что альфонсам – все социальные слои покорны.

Альфонсы делятся на две основные категории – привычные и сознательные.

Сознательный альфонс - в своё оправдание приводит аналогии из животного мира, например, прайды львов, где охотятся львицы, а львы ничего не делают, кроме львят.

Это правда, но… Не вся правда! Взрослые самцы в львином прайде почти не охотятся, им это трудно успешно делать из-за размеров, но они охраняют территорию от пришельцев. И ещё –   в охоте они все таки  участие принимают, когда с громким  рыком, демонстративно нападают на стадо газелей или зебр, загоняя дичь туда, где её поджидают когти и клыки львиц.
А старых львов изгоняют из прайда, и они становятся добычей гиен…

Лёха - яркий пример деревенского альфонса, хотя по происхождению - городской. Его мать в своё время купила избушку в деревне в качестве дачи, в ней он   постоянно и живёт. Именно мать  и сделала из него альфонса, приучив к беззаботной жизни, когда можно не работать, но с голоду всё равно не помрёшь. Мать прибегала из города ухаживать за огородом, привезти Лёхе продуктов и… Бутылку!

Жена (которую он тоже привёз из города), работает дояркой, делает всю работу по дому и в огороде, кормит, обстирывает Лёху.

Единственное, что может сделать Лёха – приделать черенок к лопате или насадить топор на топорище, ну, а копать огород… То спина болит, то какие-то неотложные дела находятся.

Лёха давно и принципиально не работает, когда уж совсем нет денег – валяется трезвый на диване или в саду под деревьями, перечитывает  в двадцатый раз  старые журналы «Наука и жизнь», «Знание – сила», «Вокруг света» и проч. Журналы, списанные из городских библиотек, привёз из города сосед-дачник, и они постепенно перекочевали в Лёхину избушку.

Телевизор не смотрит, уверяет – что принципиально. Несколько раз соседи-дачники дарили ему старые чёрно-белые телевизоры,    а потом и цветные,  но они или пропивались, или взрывались от того, что он запускал тяжёлым предметом в экран.

 Жена бегает смотреть бесконечные сериалы к соседям, куда Лёху давно не пускают по причине вздорного и паскудного характера.

Когда Лёха начинает уж в вовсе неумеренных количествах потреблять спиртосодержащие жидкости (одно время всякие «жидкости для ванн» доставляла Почта  России), жена предпочитает дома не появляться, днюёт и ночует на ферме. Раньше, случалось, соседи пробовали приютить её на тот период, пока Лёха гулять изволит, но Лёха неизменно приходил за женой с однообразными последствиями - скандалом, битьём соседской посуды и мордобоем. Били-то в основном щуплого Лёху, но соседям это быстро надоело.

 А на ферму Лёхе идти лень. Пять километров!

Жена в трезвые периоды в перерыве между дойками прибегает с фермы, чтобы принести свежего молока и накормить Лёху обедом. Так что в трезво-безденежные периоды молоко с фермы, овощи с огорода и заплесневевший подсохший хлеб от соседей – единственное питание. Ах да, ещё рыбёшка с недальней речки и грибы.

Немногие продукты длительного хранения, которые успевает купить жена, (до того, как Лёха выбьет из неё деньги) хранятся в подсобке на ферме, у соседей. Попытки спрятать хоть что-то в сарае, старом овине или на чердаке кончаются одинаково.

Сахар, крупа, мука – неизменно попадают в стеклянную 20-литровую бутыль и  превращаются в брагу. Самогонного аппарата нет, да он и не нужен, поскольку вся брага до гущи выпивается, как только там появляется хоть какой-то градус.

Часть вторая
 

При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика