Шпионов делать из этих людей

23.07.2021 [Блогово]

Возбуждение уголовного дела по ст. 275 (государственная измена) и ст. 276 (шпионаж) — это следствие достаточно долгой работы: в основе лежат данные оперативно-розыскных мероприятий, рапорты, справки, отчеты, экспертизы на предмет секретности данных и т. д. Дело возбуждается в отношении конкретного лица, а не по факту утечки какой-либо информации за рубеж. То есть к моменту возбуждения дела на руках у следователя находится не менее 5–7 томов, которые содержат описание преступной, по его версии, деятельности лица, подлежащего задержанию и впоследствии аресту.

Формально это действие должно быть санкционировано Лефортовским районным судом г. Москвы, который, по традиции, решает вопрос о содержании под стражей в СИЗО «Лефортово». Но тут следствие никогда не испытывало проблем: суд удовлетворяет 100% из ходатайств, отправляя зачастую напуганного и ничего не понимающего человека под арест в СИЗО.

При этом подозреваемый фактически лишен возможности как-то защищаться: интересы большинства из них представляют адвокаты по назначению, т. е. юристы, которых следователь обязан вызвать для предъявления обвинения (согласно нормам УПК). Де-юре это должны быть полноценные адвокаты, которые должны оказывать достаточную юридическую поддержу. Де-факто это люди, которые с первых слов описывают незавидное положение задержанного и предлагают ему подумать о заключении досудебного соглашения. Иными словами, не только признать вину в инкриминируемых деяниях в полном объеме, но и помочь следствию изобличить соучастников преступления. Не обязательно того деяния, что инкриминируют ему: скажем, он готов что-то рассказать о преступлениях других людей — коллег, знакомых, возможно, друзей. Далее следователь закрепляет эту мысль о шатком положении обвиняемого, а чтобы у него была возможность хорошенько обо всем подумать, взвесить все «за» и «против», просто забывает о нем на некоторое время. Для кого-то это неделя, для кого-то месяц, а для кого-то и того больше.

Изоляция от внешнего мира ломает человека и коверкает его психику — пугают неизвестность и непонимание происходящего. Мгновенный разрыв социальных связей невозможно компенсировать ничем. Оказавшись один на один с собой и своими мыслями, человек начинает верить во что угодно. В том числе — что он, возможно, действительно шпион, предатель Родины. Эти мысли очень важны для следователя, они потом буквально культивируются всеми доступными способами. А их у следователя, поверьте, хватает.

Всего в год по шпионским статьям осуждается где-то до 10 человек — при этом следствие по каждому делу идет 17 месяцев (предельный срок, согласно УПК). Сколько человек находится в оперативной разработке, не известно, но, по самым скромным подсчетам, это не менее 50–70 человек. При том что с момента получения оперативниками каких-то первых материалов, свидетельствующих о «преступной» деятельности человека, до возбуждения уголовного дела может проходить длительное время — год, три и даже пять. Все зависит от загруженности отдела. Если есть что расследовать, то хорошо, если нет, то всегда можно покопаться в прошлом.

Конвейер работает непрерывно, и не суть важно, кто ты — чиновник, домохозяйка, продавщица, журналист, ученый. Подойдет любой, кто хоть каким-то образом контактировал с иностранцем. Любым.

Как показывает практика, возбуждение одного уголовного дела в отношении отдельно взятого человека — не самоцель для следователя. Ему куда важнее построить так называемую уголовную прогрессию. Ее смысл в том, что обвиняемый не только признает вину, но и даст показания на других людей, благодаря чему следствие получает возможность возбуждать все новые и новые дела. В этом суть и досудебного соглашения: смягчение наказания в обмен на показания.

Теоретически схема неплохая: если человек действительно виновен, знал, на что идет, и все равно делал, то да, наверное, такой выход для него есть. А если человек готов отстаивать свою позицию? Тут у следователя есть готовые ответы: подумать над сроком (так, может сказать он, тебе светит двузначная цифра, а по досудебному соглашению — 6–7 лет), подумать о родных (тебя никто не дождется), предложить звонок близким (в обмен на нужные показания, разумеется).

Если тебе 30 лет, в конце концов, все можно пережить и перетерпеть. Но если обвиняемому уже за 60 и впереди маячит солидный срок на зоне, то человек ломается. Его нельзя судить за это — каждый сам волен делать свой выбор. Но я неоднократно слышал, что в местах лишения свободы информацией о «досудебщиках» интересуется не только администрация исправительной колонии, но и осужденные. Я свой выбор, к слову, сделал — никаких сделок.

Под подозрение могут попасть люди самого широкого круга. В зоне риска в первую очередь те, кто не может за себя постоять, кто подвержен влиянию, кого можно «отработать» в тишине. Таким образом формируется круг потенциальных жертв. Если попытаться вывести портрет среднего обвиняемого, то «предатель Родины» будет выглядеть следующим образом: мужчина или женщина (не важно), возраст — 50+ (можно больше), с высшим образованием и имеющий допуск к сведениям, составляющим государственную тайну (не обязательно, но желательно), контактирующий с иностранцами (либо по работе, либо в частном порядке). Такой набор позволяет достаточно просто подвести любую работу под положения ст. 275 УК.

Можно работать, скажем, ученым, заключить контракт с иностранцами в интересах своего института — совершенно официально. Но следствие может счесть подписание такого контракта государственной изменой и передачей секретной информации за рубеж. Если будешь бороться, получишь те же 7 лет колонии из возможных 20. Такой же срок можно получить и другими методами. Заключив сделку со следствием, назвать соучастниками нескольких коллег и подвести их под статью. Люди, от которых ты зависишь, убеждают: зачем одному за все отвечать? В качестве бонуса, если повезет, позволят позвонить жене из кабинета следователя.

Ученые вообще находятся в зоне риска: человек, согласившийся на сделку со следствием, должен не только рассказать все, что подтвердит доводы следователя, но и показать на тех, кого потенциально можно подтянуть к делу. Практика последних лет показывает, что ученым в возрасте чаще всего сложнее оказать полноценное сопротивление. А такие люди следствию и нужны.

Еще один тренд последнего времени ­– это переквалификация дел о контрабанде военной техники или запчастей в дела о шпионаже. Многие такие дела политизированы.

Я много сидел с гражданином Украины, которого задержали по подозрению в контрабанде комплектующих и запчастей к военной технике. Он контрабанду и не отрицал. По этой статье ему грозило 3 года колонии общего режима. Он был к этому готов. Не прошло и года, как его уведомили, что дело о контрабанде закрыто, а вместо него появилось дело о шпионаже. Его расследовали за пару месяцев. Вину в шпионаже сосед не признал, бился в суде и получил 12 лет строго режима (речь идет о бывшем футболисте Василии Василенко, который, по данным ТАСС, планировал передать комплектующие к ЗРК С-300 концерну «Укроборонпром». — «Ведомости»).

Аналогичный случай был в Краснодаре, только там срок для гражданина Украины оказался чуть меньше ­– 10 лет колонии строгого режима (речь идет об Александре Марченко, который, как писал «Интерфакс», собирался приобрести запчасти к ЗРК С-300. — «Ведомости»).

Под угрозой попасть под ст. 275 находятся и граждане, имеющие родственников и знакомых за рубежом. Причем заграница не обязательно должна быть далекой: достаточно жить в Крыму, сфотографироваться на фоне военных кораблей и отправить фото условному дяде, являющемуся гражданином Украины. Впоследствии есть риск узнать, что ты шпион, выполняющий задание украинских спецслужб, а твой дядя вовсе не родной человек, а кадровый агент, завербовавший тебя, пока ты лежал в пеленках сразу после рождения. Звучит несколько утопично, конечно, но ничего нереального в этом нет.

Безусловно, среди тех, кого обвиняют в шпионаже/госизмене, действительно есть те, кто сотрудничает с иностранными спецслужбами, но настоящих шпионов, думаю, не хватает. А система требует все новых и новых дел, она так построена и устроена, по-другому она не умеет. Полагаю, что и следователи сами это понимают — не будет дел, возникнут вопросы к их компетенции у начальства: мол, это не шпионов мало, а вы плохо работаете. За такое можно и 13-й зарплаты лишиться, да и звание очередное не получить.

У меня нет сомнений, что в нашей стране работают самые настоящие разведчики — как под дипломатическим прикрытием, так и нелегалы. Но первые объективно неинтересны: дипломата нельзя арестовать и судить, можно только выдворить, а это мелко. Чтобы поймать агента-нелегала — профессионала, прошедшего спецподготовку и т. д., нужно очень сильно постараться, его поимка — это редкость, помноженная на большую удачу. Полагаться на это нельзя, увы. Вот исходя из этого и растут в России шпионские дела: проще брать своих, чтобы другие боялись.

Но только боятся не чужие, а свои.


Эту колонку написал бывший журналист «Ведомостей» Иван Сафронов. Он находится в СИЗО «Лефортово» уже больше года по обвинению в госизмене. ФСБ засекретила дело журналиста, суть обвинений ведомство не раскрывает ни ему самому, ни его адвокатам. Текст этой статьи «Ведомости» получили от адвокатов Сафронова. Она исчезла с сайта издания после публикации, но ее успели перепечатать другие СМИ и медиа-ресурсы. В печатной версии газеты статья осталась:

Ещё блоги

Считаю, что осужденные за педофилию вообще не должны возвращаться в наше общество. Но это правило должно касаться лишь настоящих педофилов, т. е. больных людей

Автор: Олег Димони

Вместе с тем, хотелось бы знать, сколько в России осужденных за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, судебные приговоры по которым были основаны на показаниях бывших жен? И чего стоит слово мужчины в таком суде, против слова женщины?

209

Павел Шабанов, пос. Майский. Свидетельство о жизни. Шабаш в бане

Автор: Павел Шабанов

О социальной ответственности бизнеса и пофигизме властей

406

75 лет с момента проведения первых профессиональные археологических раскопок на территории Вологодского городища

Автор: Три кремля Вологды

В 1947 году страна восстанавливалась после военной разрухи. Год был голодный из-за неурожая, но люди стремились узнать свою историю. Первые археологические раскопки (раскопы № 1 и 2) были приурочены к празднованию 800-летия города

262

Больше 140 тысяч тонн молока за год производят сельхозпредприятия Вологодского района

Автор: Сергей Жестянников

Но не стоит забывать, что результаты молочного животноводства напрямую зависят от крепкой кормовой базы. Поэтому заготовка кормов — самый ответственный период для аграриев

251

«Девяносто с лишним. А и лишку — пять годов. А вот в душе мне восемнадцать»

Автор: Анатолий Ехалов

Я стоял под застрехой большого крестьянского дома, пережидая дождь, и тут увидел в раскрытом окне старушку, которая завороженно разглядывала сияющий дождинками мир

249

Зарисовки с конкурсной выставки «Город ремёсел»

Автор: Ангелина Глебова

Как всегда много изделий из цветного лоскута, которые наполняют выставку яркими красками. Они сразу бросаются в глаза, «берут посетителей в плен» и наполняют их радостным чувством предвкушения встречи с прекрасным

114

Моё открытие Красноборья произошло лет шесть назад

Автор: Алексей Новосёлов

Я после того случая долго тёр глаза: это что, вот эта вот красота в пяти часах езды от Тотьмы?! И я со своим культурологическим образованием никогда о ней не слышал?

580

К сожалению, в Осановской роще снова проблемы

Автор: Марина Репина

Жители района обратили внимание на повреждение стволов сосен аллеи Красного Севера. Очевидцы пояснили, что сегодня велись покосные работы

621

Пешеходная улица превратилась в точную иллюстрацию фразы Джейн Джекобс про променады, ведущие из ниоткуда в никуда

Автор: Саша Асафов

В Вологде на день города сгорел старый деревянный дебаркадер (был продан частнику), который служил в свое время речным вокзалом. Для сравнения хочу показать вам аналогичный дебаркадер в Костроме, внесен в список объектов культурного наследия 

631

Рассказ пойдёт о заведующей Крохинской школы Надежде Александровне Ширшневой

Автор: Крохино. Незатопленные истории

Всё, что мы знали о ней до недавнего времени, – это лишь несколько строчек из официального списка учителей начальных, семилетних и средних школ Вологодской области, представленных в 1944 году к правительственной награде

378

Сгорел Речной вокзал в Вологде. Историческое место

Автор: Андрей Танцов

Мода то повернулась. Сейчас бы можно было туристам Резной палисад показывать, и Речной вокзал. А так придётся кукиш показывать с вологодским маслом

1037

На фестивале красок HOLY

Автор: Анастасия Κононова

Чагодощенский район. Фото, видео

606

При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора публикации

Яндекс.Метрика