Русский лес или кладбище леса?

13.02.2020 [Блогово]


Из википедии:

«Леса России — территории России, покрытые лесной растительностью. Площадь лесов России составляет около 809 млн. га (8,09 млн. км²), или около 20% от всех лесов мира (по площади лесов Россия занимает первое место в мире). Леса покрывают 46,6% территории России и оказывают значительное влияние на формирование её климата. Большинство лесов страны занято хвойными породами деревьев.
Леса России имеют высокое хозяйственное значение — в первую очередь, в качестве источника древесины, которая служит сырьём для лесной и деревообрабатывающей промышленности, традиционным для страны строительным материалом, а также топливом. Высокое значение имеют и недревесные и пищевые ресурсы российских лесов…»


Так неужто же Россия станет кладбищем русского леса?
Возникает такой вопрос в голове всякий раз, когда видишь многокилометровые вырубки вдоль дорог, даже не всегда прикрытые от проезжающих в машинах туристов чахлыми ёлками по краям…
Когда видишь бесконечные вереницы лесовозов по разбитым ими же внутрирайонным дорогам…

Вчера ехал в редакционной машине — впереди лесовоз, что не удивительно, а удивили нас комли деревьев по метру, наверное, в обхвате.

— Где они ещё и лес-то такой нашли? — буркнул водитель.

И сам себе ответил: 

— Осина, наверное…

Когда обгоняли, удостоверились — осина. Ель или сосну такого диаметра уже трудно найти даже в наших, когда-то бескрайних и бездонных северных лесах…
А лесовозы всё едут, а составы гружёные русским лесом всё куда-то идут, а вырубки-кладбища всё растут… Так не становимся ли мы, нынешнее поколение, свидетелями окончательного и бесповоротного уничтожения русского леса, а с ним и русских болот, рек… Всего, из чего и состоит Россия.

Мне возразят: лес рубили всегда, он для того и есть, возможно лесовосстановление и т. д. … Но ведь всему есть предел.

Да, за века истории практически исчезли огромные лесные массивы, когда-то отделявшие южную Киевскую Русь от Руси Владимирской, носившей ещё и название Залесья. От тех великих лесов остались до нашего времени разве что знаменитый, сурово шумевший для врагов брянский лес, Мещёра, может ещё какие-то лесные массивы…

Советскую индустриализацию, войну и послевоенное восстановление страны вытащили на себе уже наши северные леса… Десятки речек загублены были молевым сплавом (дно таких рек устлано затонувшими брёвнами). Бесконечные плоты сплавлялись к городам и железнодорожным станциям. Лес и в те годы шёл не только (а может и не столько) на нужды СССР, но и был крепкой валютой (недаром же рубль и сегодня называют «деревянным»). Да не спасли деревянные рубли великую страну…

Но и в «новой России» масштабы вырубок не уменьшились, к тому же они стали более бесконтрольными. Такое впечатление, что валят всё подряд и кто попало, очень многие не прочь поживиться и сегодня «деревянным рублём», что и неудивительно в стране «победившего капитализма». Уже и тайга Сибири под угрозой — вырубки и пожары убивают эти «лёгкие планеты».
И ведь нельзя сказать, что нынешняя высшая власть (о местной пока молчу) не замечает проблемы…

Вот выдержки из прошлогодней статьи в «Парламентской газете»:

«Действующий в России Лесной кодекс направлен в первую очередь на получение прибыли от лесопользования и не даёт возможности сохранять национальные природные богатства. Именно поэтому нужно разработать новый документ, о чём неоднократно говорили Президент Владимир Путин, премьер Дмитрий Медведев и спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. Какой должна быть концепция нового свода правил, обсудили 26 апреля в Общественной палате…
Ещё на встрече с премьер-министром Дмитрием Медведевым 12 февраля председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко отметила, что после принятия Лесного кодекса в 2006 году лесная отрасль стала убыточной для государства, хотя в советское время она приносила 25-30 процентов бюджетных доходов.

„Мы считаем, что изменения были пролоббированы некоторыми группами людей. Мы потеряли хозяина в лесу, в разы уменьшилось количество лесников, потеряли финансирование, потом всё это передали регионам, не обеспечивая их средствами“, — констатировала Матвиенко.

По её словам, нужно вести мониторинг состояния леса при помощи спутников, применять современные технологии и обеспечить нормальное функционирование системы учёта древесины.

Уже тогда Дмитрий Медведев дал поручение Минприроды, Минюсту, Минфину и Минэкономразвития до 20 мая 2019 года подготовить предложения по концепции нового Лесного кодекса РФ.
О важности проблемы на заседании Совета законодателей в Санкт-Петербурге 24 апреля напомнил и президент Владимир Путин.

„Совершенно очевидно, что действующие нормы не позволяют эффективно работать по сохранению лесов, хищническая вырубка лесов продолжается“, — сказал глава государства, также попросив законодателей разработать предложения по совершенствованию нормативно-правовой базы в этой области.

На просьбу российского лидера парламентарии откликнулись сразу.

При этом в комментарии „Парламентской газете“ председатель Комитета Госдумы по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям Николай Николаев сообщил, что принятие нового Лесного кодекса — потрясение для отрасли, поэтому к изменениям стоит подойти осторожно.

„Сначала нам надо перечислить проблемы, которые нужно решать, а потом понять, сможем ли мы их решить в старом тексте или нужно менять систему“, — подчеркнул депутат.

Он предложил учесть мнение инвесторов и провести широкое общественное обсуждение этой темы: не принимать поспешных решений, чтобы работа отрасли не останавливалась с точки зрения исполнения уже принятых законов и решения текущих проблем. Такая дискуссия состоялась 26 апреля в Общественной палате.

Председатель Общественного совета при Федеральном агентстве лесного хозяйства Владимир Морозов, выступая на открытом обсуждении, отметил, что авторы действующего Лесного кодекса ставили цель перевести отрасль на рыночные отношения. Разработкой документа занималось Министерство экономического развития, которое не учло специфику лесного хозяйства, где оборот возобновляемого ресурса составляет от 50 до 100 лет.

„Практически все предложения лесоводов были проигнорированы, а кодекс составляли финансисты и юристы, — заявил Морозов. — В итоге действующая на тот момент система лесоустройства и лесоуправления была разрушена, а новую не создали“.

В начале апреля официальный представитель Генпрокуратуры Александр Куренной сообщил, что более одного миллиона кубометров российского леса в 2018 году было вырублено незаконно. Это причинило государству ущерб на сумму свыше 12 миллиардов рублей. Кроме того, всё большую угрозу представляют пожары. Их количество уменьшилось, но площадь увеличивается с каждым годом. Сейчас в восьми регионах тушат свыше 20 лесных пожаров на площади 9,5 тысячи гектаров.
Чтобы препятствовать негативным явлениям, необходимо создать цифровую систему мониторинга за состоянием леса, восстановить институт лесничества, и контролировать ситуацию из центра.

„Действующий кодекс даёт возможность местным начальникам заниматься договорами и самим же себя контролировать“, — отметил Морозов неэффективность управления лесничим хозяйствами. 

Он считает, что лесопереработка должна находиться в федеральном подчинении и иметь централизованное управление. 
При этом эксперт предложил закрыть рынок для иностранных компаний:

„Необходимо уходить от тотальной аренды и оставить её только для отечественных предприятий, которые занимаются глубокой переработкой древесины“.


Председатель Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Алексей Майоров, в свою очередь, во время обсуждения сказал, что выступает за принятие нового Лесного кодекса, однако против того, чтобы документ содержал радикальные меры.

„Я против того, чтобы закрывать рынки и не допускать иностранцев, внешнеэкономическую деятельность тоже нужно развивать“, — сказал он.

По мнению сенатора, бороться с чёрными лесорубами поможет Единая государственная автоматизированная информационная система, которая будет учитывать вырубки во всех регионах. Сейчас соответствующий эксперимент идёт в Иркутской и Кировской областях, а также в Пермском крае. Затем учёт внедрят по всей России, пояснил Алексей Майоров. Он добавил, что каждое дерево ценных пород можно было бы маркировать.

„Также есть идея максимально задействовать биржевую торговлю лесом. Биржа должна нести ответственность за то, чтобы на неё не попадал лес, вырубленный незаконно“, — подчеркнул парламентарий. Сейчас Совфед совместно с Правительством работает над соответствующими законопроектами, часть из которых могут внести на рассмотрение в весеннюю сессию».

Вот такая статья за авторством Марии Соколовой.

Кажется, все всё понимают. Уже и меры должны быть приняты с того-то времени…
А на местах видим другое…

Вот пишет Сергей Дружинин из Сокольского района Вологодской области:

«От лесов где я живу, остались рожки да ножки. Тут комар носа не подточит, всё законно. Нам не дадут возможность заглянуть в документы, цифр не предъявят. Нужны юристы, знатоки. У меня одни эмоции. Да и законы приняли как раз под тотальные вырубки. Вот пишут: при Союзе пилили больше. Может и правда. Даже, скорее всего, так и есть. Пишут, что лес даже не успевают выпиливать согласно утверждённым объёмам. Наверно и это верно. Но ложь заключается в том, что цифры взяты по Союзу в общем. Мы такие липовые цифры читаем когда озвучивают среднюю к примеру зарплату. Да и леса было намного больше. Если бы объёмы спелого — я подчеркиваю — спелого леса, были прежними, то к чему было изменять закон — лесной кодекс и снижать возраст спелости аж на двадцать лет? По всем понятиям, это полное безобразие. Под такой возраст выпиливают и всё остальное. Да и охранные зоны у водоёмов уменьшили в десять (!) раз. С пятисот до пятидесяти метров. Это к чему? Да к тому, что настоящего спелого леса нет не только в нашей области, но и по всей стране. Да не было никогда такого, что бы подчистую выпиливались деревни, ну никогда! Не выпиливались болота — из них берут начало наши реки. А в новой редакции водного кодекса, болото как водоём, отсутствует. Нет таких водоёмов! Во как! Пилят теперь круглый год, не как раньше, только зимой, не дают отдыха природе. Нет никакой тишины даже весной, когда появляются дети у зверей и птиц. А уничтожение заказников, это преступление».

Вот он же Сергей Дружинин (человек, явно, не только «местными проблемами» озабоченный, но и понимающий задачу сохранения лесов и в целом — природы, в глобальном масштабе не хуже, а, пожалуй, и лучше некоторых законодателей, министров и т. д.) пишет:

«… самое главное, это срочное изменение законодательства. Самое главное, сохранение рек, озёр, то, что имеет воду. Вернуть болотам понятие водоёма. Ведь бред полный, преступление! Да все, или почти все реки России берут начало оттуда. Волгу нашу что, уничтожить хотят до конца, да? О чем тогда песни петь будем, о наших „достижениях“. Болота, это аккумулятор влаги, кладовая солнца. Пришвин писал об этом, помните? Болота, это источник пропитаниях для лесного населения. Боровая дичь кормимся именно там, не стало дичи этой. Можно и необходимо вспомнить, что глухариные тока возрастом по сто лет и более, происходят именно там! Не станет токов, не будет глухаря — древнейшей птицы! На болотах останавливаются на откорм весенние перелётные птицы, гуси, журавли, так любимые президентом стерхи.

Далее: как можно пилить круглый год? Пилить можно только зимой, по намороженным дорогам вывозя древесину. Колеи от лесовозов достигают глубину по метру! Это грубейшее нарушение законодательства. Нарушение почвенного покрова, в своё время каралось сильно. Посмотрите на состояние вырубок. Это не вырубки прежних времён, где все было прибрано, вычищено. Это не работа, это разбой!

Теперь о лесовосстановлении. Саженцы местами высаживают, с закрытой корневой системой-в горшочках. А где дальнейший уход за посадками? Нет его и нигде! Толку посадить огород весной, не ухаживать за ним лето и ждать урожая осенью. Что скажут о таком огороднике соседи? Раздолбай скажут. Нужно высветливание, уничтожение сорняка-берёзы да осины. На брошенных делянках растёт так называемый вторичный, сорный лес. Нормальный, первичный, на нем не вырастет. По колеям: по ним, метровой глубины, весной моментально уходит талая вода, не задерживаясь в лесах, а болот как аккумуляторов влаги, согласно новому закону у нас нет. Могу часами рассказывать о том, что происходит. А происходит в целом воровство. Выходит преступление перед природой, Родиной, перед последующим поколениями»…

 
Вот что происходит на глазах у нас, на глазах у местной власти. Будем терпеть или скажем своё слово в защиту русского леса, а значит и русской жизни?
Что делать? Ну, например, для начала, поставить перед местными (областными) депутатами хотя бы те вопросы, которых коснулся Сергей Дружинин. Пусть они (наши депутаты) спросят у нашей местной власти, как она охраняет наш лес…

При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика