Принцип справедливости

20.09.2019 [Блогово]

По ее книге написан сценарий к фильму. Она — многодетная мать и активный общественный деятель, а еще более 20 лет эта удивительная женщина все свои силы и знания отдавала судейской профессии. О себе говорит коротко: «Я — человек, принимающий решения».

О том, в чем призвание судьи, кому нужна общественная работа и зачем корова председателю суда — наша беседа с Галиной Александровной Осокиной, судьей Вологодского областного суда в отставке.

— Галина Александровна, говорят, что все мы родом из детства. Какие качества воспитывали в Вас родители?

— Во-первых, это честность и добросовестность. Родители всегда учили меня говорить только правду. Помню, когда мы оканчивали школу, одноклассница написала мне пожелание, которое мы открыли спустя 20 лет: «Я хочу тебя видеть юристом». На мое удивление она ответила, что не могла даже представить для меня другого пути, ведь я все школьные годы боролась за справедливость.

До семи лет большое участие в моем воспитании принимала прабабушка. Ее до сих пор в деревне помнят. Многое из того, что во мне заложено, она мне дала. Прабабушка пережила революцию, коллективизацию, Великую Отечественную войну, где потеряла пятерых сыновей, но я ни разу не слышала, чтоб она жаловалась на жизнь или плакала. Хотя мужиков в доме не было, она все время собирала и растила табак, и, когда шли военные в госпиталь в Харовск, она подавала им кисеты с табаком, надеясь, что и ее близким в чужой стороне помогут. Сейчас я понимаю, что сама живу с такой позицией — помочь другому, и не умею иначе. Кстати, первый рассказ «Виринеин стержень» я написала как раз о моей прабабушке, ее звали Виринея.

— Как складывался Ваш профессиональный путь?

— В 17 лет я устроилась в Харовский районный суд секретарем судебного заседания и параллельно училась в ВЮЗИ. Я не шла в суд за деньгами, я шла просто работать. К слову сказать, я получала 90 рублей, судья — 130, а рабочие и колхозники в те времена зарабатывали по 500.

Судьей становиться я не хотела, страшно было брать на себя такую ответственность. Хотя процесс знала практически наизусть и писала протоколы сразу целиком в судебном заседании.

Уже позднее, когда я поработала следователем, адвокатом, поняла про себя, что я — человек принимающий решения, и в 29 лет я была избрана председателем Вашкинского районного суда. Как руководитель я отвечала за весь коллектив, за рассматриваемые дела, обобщение практики, решала хозяйственные вопросы. Сначала я была одна, а потом появился и второй судья.

Суд находился в деревянном здании, в котором зимой было настолько холодно, что я девчонок из аппарата отпускала домой, чтоб не заболели. Когда Ельцин подписал указ о передаче партийных зданий в собственность судебной системы, мы первые в стране (даже в газете об этом заметка была) отвоевали помещения у местной власти. Для меня это было дело принципа.

В 1994 года Иван Николаевич Бараев пригласил меня в областной суд, и с декабря того же года я приступила к работе, было всего 2 состава. Мы работали втроем — я, Евгений Тимофеевич Мокотов и Галина Ивановна Юферицына. Каждый вторник нам давали по 7 дел в кассацию на четверг, а еще были дела и по первой инстанции, и президиум. Нагрузка была большая, но работа всегда доставляла мне удовольствие. Я люблю анализировать, люблю, когда все по справедливости.

— Самое первое дело свое помните?

— Это было несколько дел, которые я объединила в одно — колхоз взыскивал с доярок компенсацию за погибших телят. Раньше судебная практика складывалась так, что эти иски всегда удовлетворяли, а я отказала. Женщины были не виноваты. Вы только представьте: родился еле живой теленок, холодно, никаких условий и лекарств, как доярки могли его спасти?

Происходило это в лихие 90-е, я тогда сама купила корову в семью. Помню, иду с работы, не зная, чем кормить детей, и вижу как бабуля пасет корову. В голову пришла идея, муж поддержал. Молоко свое появилось, значит, и кашу можно было сварить, дети всегда были сыты. Так за счет личного подсобного хозяйства мы и выжили. Когда я недавно приезжала с презентацией своей книги в Вашки, мне встретилась женщина, которая меня спросила: «Вы — Галина Александровна ведь? Мы помним Вас не по тому, что Вы у нас работали, а по тому, что корову купили».

— Что считаете самым сложным в судейской профессии?

— Принятие решения. Оно должно быть правильным, а для того, чтобы он было таковым, нельзя отвлекаться. Спустя определенное время уходят и мысли, и эмоции. Помню, я рассматривала большое уголовное дело хищения организованной группой металла с череповецкой «Северстали», где было 18 подсудимых и 21 адвокат. Я рассмотрела это дело за месяц, так как каждый эпизод распределила и четко спланировала время.

Обязанность судьи — относиться к своему делу очень добросовестно и честно, корректно относиться к человеку в процессе, как бы он ни вел себя, что бы ни совершил. За двадцать с лишним лет работы на меня ни разу не написали жалобу за неправильное поведение в заседании. Я всегда со всеми говорила на «Вы», ровно, без оскорблений, зная, что судьбы людей зависят от меня.

Самым трудным для меня за многолетнюю практику стало вынесение смертного приговора мужчине, который убил двух детей и женщину. Мне после этого было так плохо — я убила человека. Да, он совершил преступление, но я не имею на это права. Поэтому, когда президент Ельцин заменил мужчине смертную казнь на пожизненное заключение, у меня камень с души упал. На мой взгляд, смертных приговоров вообще быть не должно, мы не можем возвращаться к первобытному обществу, где было око за око, зуб за зуб.

— Оправдательные приговоры были в Вашей практике?

— Такой приговор был у меня в Вашках, деда привлекали к уголовной ответственности за убийство. Мужик пьяный к нему пришел, набросился, нанес ножевые ранения, а дед, падая, схватился за лежавший на столе нож и нанес обидчику смертельные удары в ответ.

Еще один оправдательный приговор был вынесен мною с участием присяжных. Я тогда так глубоко изучила тему суда присяжных, что и сейчас преподаю ее дистанционно в Международном юридическом институте г. Москвы.

— Что бы Вы посоветовали тем, кто хочет стать судьей?

— Понимать, что это будет гиперотвественность, а не гипервозможности. Тогда все получится. Решая человеческие судьбы, нужно работать только справедливо и только честно. Вы знаете, так легче, когда ты уверен, что идешь по букве закона, и принял решение добросовестно. Пусть даже если по какой-то причине его потом у тебя отменят. Главное, что ты принял решение по совести, а ошибки бывают разного толка.

— Давайте перейдем к Вашей общественной работе, расскажите, какие направления Вы курируете?

— Я являюсь заместителем председателя комиссии по Общественному контролю в Общественной палате России, и уже несколько созывов - членом Общественной палаты Вологодской области. Мы стали первым в стране регионом, который (еще в 2017 году) при поддержке Губернатора разработал систему общественного контроля по использованию, содержанию и ремонту дорог. Мы указали, что в муниципалитетах должен осуществляться контроль за расходованием денежных средств на эти цели. Департамент дорожного хозяйства вместе с нами провел обучающий семинар для общественных контролеров, где специалисты рассказали членам общественникам о дорогах и способах их ремонта. Теперь, когда я вижу недостатки, я звоню на горячую линию или отправляю фотографии в Правительство области. По моему убеждению, качество дорог, как и качество жизни, можно улучшить, самое главное — людям не оставаться в стороне и быть неравнодушными.

Кроме этого, я — сопредседатель Общероссийской общественной организации «Национальная родительская ассоциация социальной поддержки семьи и защиты семейных ценностей, которая была создана в 2013 году. Мы несем родительское просвещение, занимаемся вопросами поддержки семьи и защиты семейных ценностей, поскольку многие из них, к сожалению, в 90-е годы были утрачены. Мы сотрудничаем с образовательными учреждениями, проводим такие общероссийские конкурсы, как «Моя родословная», «Семьи счастливые моменты», «Безопасная дорога детям» и др. Я сама езжу с различными мероприятиями по России. У нас в 83 субъектах созданы региональные отделения, Вологодское региональное отделение было первым и вошло в качестве соучредителя общероссийской организации.

На вопросы коллег и знакомых о том, зачем мне нужна эта общественная работа, я всегда отвечаю: «Если мы сами не будем формировать наше гражданское общество, то в каком будут жить наши дети?».

— Что дает Вам творчество?

— Творчество помогает мне выплеснуть то, что накопилось в душе. Пишу стихи, когда мне либо очень плохо, либо очень хорошо. Начала еще в 4 классе, отправляла стихи в газеты, их публиковали. Недавно нашла квитанцию на получение 3 рублей 82 копеек гонорара от «Красного Севера» (для сравнения 20 копеек стоила буханка хлеба). Потом перерыв был в творчестве почти 15 лет, даже больше.

Первая моя книжка с прозой под названием «Записки судьи» вышла в 2007 году. Коллеги настояли, чтобы я ее напечатала. Ольга Фокина говорит, что проза у меня получается лучше стихов, хотя четверостишия ей мои тоже нравятся. Вот одно из них, написанное под впечатлением от бракоразводного процесса:

Одиночество вдвоем нам с тобой досталось,
Одиночество вдвоем не о том мечталось,
Вот утюг, сковорода — взяли, поделили.
Одиночество — беда, а мы так любили….

— В начале августа в СМИ проявилась информация, что по Вашей книге «Спиной к закону» снимут фильм?

— Да, сценарий уже есть. Сама книга писалась очень тяжело, поскольку я через себя все события пропускала, читая материалы трех уголовных дел. Там же еще кроме Алексея Шестакова, который улетел из колонии на вертолете, двух оперативников осудили. Начало съемок режиссер Сергей Задорин из Череповца запланировал на начало 2020 года.

— Спасибо, Галина Александровна, за интересную беседу! Поздравляем Вас с наступившим юбилеем и желаем сил и энергии для реализации всех начинаний!

Текст подготовила Анастасия Красотина, пресс-секретарь Вологодского областного суда

 
 
Тэги: судьи, люди
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика