«В первый раз избить можно безнаказанно»: что нужно знать о свежих идеях Госдумы

29 февраля Госдума одобрила смягчение наказаний за побои, неуплату алиментов и некоторые другие характерные семейные преступления. «Афиша Daily» попросила юристов, психолога, правозащитницу и директора кризисного центра для женщин порассуждать о том, как это отразится на обществе.

29 февраля Госдума одобрила в первом чтении законопроект, который переводит побои, угрозу убийством, неуплату алиментов и использование заведомо подложного документа из уголовной сферы в административную. Предложение о декриминализации некоторых «нетяжких» преступлений озвучил президент Владимир Путин в своем послании Федеральному собранию в декабре 2015 года, а сам законопроект подготовил Верховный суд. Предполагается, что это снизит нагрузку на суды и тюрьмы.

Мари Давтян, юрист:

По статистике МВД России, только за 2014 год было совершено более 135 000 преступлений против здоровья граждан на бытовой почве. В 2014 году в семьях было совершено почти 42 000 таких преступлений, в первом полугодии 2015 года — 25 832 случаев. На учете в полиции стоят почти 153 000 семейных дебоширов. В ситуации, когда законодательство, направленное на профилактику семейно-бытового насилия, отсутствует, единственной возможностью защиты остается привлечение семейных дебоширов к уголовной ответственности.

В России, по статистике, 3,2 миллионов детей живут в неполных семьях. Больше 2 миллионов из них не получают алиментов, а общий родительский долг перед ними превышает 10 миллиардов рублей.

Именно страх привлечения к уголовной ответственности заставляет очень многих родителей выплачивать детям хоть какие-то деньги. Декриминализация статьи «Уклонение от неуплаты алиментов» приведет к еще более массовым нарушениям прав несовершеннолетних детей и нетрудоспособных родителей.

Цели административных и уголовных наказаний существенно отличаются. Административное наказание применяется, чтобы предупредить совершение новых правонарушений, а уголовное наказание в том числе применяется в целях восстановления социальной справедливости и исправления осужденного.

Алена Садикова, директор женского кризисного центра «Китеж»:

Принятие такого законопроекта — временная выгода для государства. Чем в Госдуме объясняют необходимость его принять? В 2014 году из 719 000 осужденных 300 000 были осуждены за преступления небольшой тяжести. Сейчас снизят нагрузку на тюрьмы, прокуратуры и другие структуры, занимающиеся уголовным процессом, но в будущем все это может обернуться негативными последствиями.

Мы все ждали, что примут закон о домашнем насилии и появятся охранные обязательства, которые могут защитить потерпевшую от преследования насильника. Пока мы видим обратный процесс.

Всего лишь одна женщина из нашего убежища довела дело до суда и то благодаря состоятельным родителям, которые могли позволить себе услуги адвоката. Все это время обидчик ее преследовал и угрожал. Не прошло двух месяцев, как его выпустили по амнистии к 70-летию Победы. Он обещал найти женщину и отомстить. К нам приходили девушки, которым 6–7 раз снимали побои, но возбудить дело так и не получалось. Чтобы написать исковое заявление в суд, необходимо обратиться в специальные конторы, без помощи которых сложно правильно составить заявление. Перед этим нужно подготовиться морально, чтобы пройти процедуру допроса и оказать сопротивление правоохранительным органам, которые убеждают отказаться от идеи возбуждать уголовное дело. А максимальным наказанием чаще всего был небольшой штраф. Если вычесть из штрафа все издержки, получалось, что подача заявления в суд довольно бессмысленная процедура. Так было по старому законодательству, что будет по новому — неизвестно.

В законопроекте говорится, что в первый раз можно безнаказанно избить, зная, что в худшем случае отделаешься штрафом. В делах семейного насилия свидетелей преступления найти не так-то просто.

В сопроводительных материалах к закону сказано, что «деяния, квалифицируемые сегодня как преступления небольшой тяжести, либо лица, их совершившие, не обладают достаточной степенью общественной опасности». Интересно, каково значение «общественной опасности» в данном контексте? Конечно, для общества домашние дебоширы, как правило, не опасны. И следующая фраза — «негативные последствия от судимости в таких случаях (причем не только для самого осужденного, но и для его близких родственников) не вполне адекватны характеру этих деяний или личности осужденного» — оказывает сильное воздействие на женщин. Этот элемент шантажа постоянно используют в полиции: ты сейчас подашь заявление — и у твоих троих детей будет судимый отец?!

А уклонения от уплаты алиментов — это просто безобразие. Их раньше и не платили, а сейчас еще и срок давности уменьшили — два года. Опять-таки, решили сократить нагрузку судебных приставов. Законопроект вселяет панику.

Мы в растерянности и не очень понимаем, что будет дальше. В Москве буквально пара центров, которые специализируются именно на помощи жертвам семейного насилия. Даже сейчас мы вынуждены отказывать некоторым в убежище из-за нехватки мест.

Дарья Лопашенко, аспирантка кафедры уголовного права и криминологии МГУ им. М.В.Ломоносова:

В уголовном праве есть понятие административной преюдиции — системы, согласно которой какое-либо деяние станет уголовно наказуемым только после его совершения во второй (третий, пятый, десятый) раз и привлечения виновного к административной ответственности. Споры о том, целесообразно и корректно ли это, ведутся еще с советских времен. Противники административной преюдиции часто пользуются формулой: десять кошек не так опасны, как один тигр, а значит, и десять административно наказуемых деяний не могут составлять преступление.

Авторы законопроекта отмечают избыточность уголовно-правовой реакции на совершение некоторых деяний. Однако если до конца следовать этой логике, то получается, что уголовная ответственность за их совершение не нужна — ведь они не настолько общественно опасны. Тем не менее законодатель предлагает преступления в Уголовном кодексе оставить, но привлекать к уголовной ответственности за их совершение не сразу, а когда-нибудь потом. Но ведь привлекут и накажут не за несколько, а за одно, последнее. Получается, что деяния все-таки опасны и по отдельности?

К задачам Уголовного кодекса относится не только охрана прав и свобод человека и гражданина, но и предупреждение преступлений. Разве законопроект предупреждает совершение преступлений? Фактически он грозит наказанием только на второй раз.

Наталья Биттен, журналистка, правозащитница, феминистка и организатор премии «Сексист года»:

Совершенно неправильно декриминализовать статьи уголовного кодекса «Побои», «Угроза жизни или нанесения тяжкого вреда здоровью» и «Уклонение от уплаты алиментов» только потому, что эти преступления очень распространены.

По данным юристов, женщины составляют абсолютное большинство потерпевших в таких делах. Также у нас порядка двух миллионов детей не получают алиментов. И если раньше можно было привлечь преступников к уголовной ответственности, то сейчас, выходит, они перестают быть преступниками.

Многие громкие преступления прошлого года связаны как раз с угрозой жизни и начинались с побоев — вспомнить хотя бы чудовищное массовое убийство в Нижнем Новгороде. Поэтому можно прогнозировать увеличение количества жертв, включая женщин и детей. Если у женщин нет возможности получить помощь полиции, они вынуждены обороняться сами, дело может дойти до убийства. В итоге им дают большой срок, как за умышленное убийство, не квалифицируя самооборону, а дети остаются сиротами. И только потому, что «домашнего бойца» вовремя не остановили.

Адриана Имж,психотерапевт:

Я думаю, что новый закон ничего не изменит, потому что и сейчас все достаточно плохо. Женщины не обращаются в полицию, а если обращаются — то дело практически не имеет шансов дойти до суда. Интересно скорее то, что невзирая на ряд резонансных дел в прошлом году — избиение журналистки, насилие над девушкой студентами, — законодательство пошло в сторону смягчения наказания за насилие.

Мои клиентки, ставшие жертвами домашнего насилия, рано или поздно сбегали. Уезжали в другой город, за границу. Порой меняли документы. Иногда нанимали преступников для помощи и защиты.

Как правило, лучше найти внутренние ресурсы и переехать к подруге (лучше живущей с мужем), брату, отцу, к родителям. Но не у всех достаточно хорошие родители, к сожалению.

К сожалению, я знаю только одну историю, когда помощью и поддержкой в семейных сценах стала полиция — там лучшей подругой жертвы оказалась дочь какого-то значимого полицейского, и он лично отдал приказ участковому поговорить с насильником и предупредить его, что в случае телефонного звонка сразу приедет с нарядом. Но это скорее исключение.

Наверное, нам нужно больше женщин-феминисток в депутатах. Вопрос только, где их взять.

О том, почему закон о домашнем насилии в России необходим, можно прочитать здесь, а истории жертв домашнего насилия — здесь.

Источник: Афиша Daily
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика