“На войне было трудно и страшно...”

Мы жили с ней на одной улице: дома напротив, окно в окно и были соседями не один десяток лет. Встречались почти ежедневно:  у нее были две дочери - мои ровесницы. Все эти годы она никогда не говорила нам о войне или просто нам это было тогда не нужно. 
 
Спустя много лет, в юбилейный год 70-летия Победы я встретилась с ней, уже с лейтенантом медицинской службы, Антониной Петровной Викторовой на… сайте «Бессмертного полка». Встреча оказалась настолько неожиданной, что дрогнуло сердце. На меня смотрели до боли знакомые глаза:  тетя Тоня, наша тетя Тоня, медсестра железнодорожной поликлиники - солдат Бессмертного полка! Вот ведь как бывает!… И вырвалось: «Прости, тетя Тоня! Не знали». 
 
В Бессмертный полк она пришла из Череповца от правнучки Полины Аркатовой, ученицы школы № 40. Ее рассказ о прабабушке чуть ниже. Мне же  здесь добавить нечего, просто давайте вспомним и поблагодарим тетю Тоню, Антонину Петровну за ратный подвиг во имя нашей жизни. 
 
***
«Была Тося, Тоська, а стала лейтенантом медицинской службы в далеком 1941-м году. Моя прабабушка Викторова (Варзина) Антонина Петровна тогда, в июне, могла бы остаться дома: бронь у нее была, так как работала в железнодорожной больнице, но с первых же дней войны она рвалась на фронт. «Там было трудно, и страшно,- вспоминала она. -  И все же это были очень памятные и дорогие для меня годы. Там я чувствовала себя по-настоящему нужной. Родине нужной». 
 
Была заводная, двадцатилетняя девчонка с копной каштановых волос, а вернулась с войны усталая, совсем седая женщина. Ее в родном Бабаеве не вдруг и узнали. Потом, когда отдохнула, «оттаяла», признали в ней прежнюю Тосю - только она могла так заразительно смеяться, весело отплясывать, звонко петь. Ничего, что седая - молодость берет свое. Плакала она редко. Характер  такой. А может все слезы за войну выплакала.
 
К ним, в сортировочный госпиталь, поступали раненые прямо с передовой, а они их «сортировали»: одних срочно оперировали, другим, у кого ранение полегче, первую помощь оказывали и в тыл лечиться отправляли. За три с половиной года, что провела моя прабабушка на фронте, к крови привыкла, а вот к страданиям так и не сумела. Слезы научилась от других скрывать - плакала, когда никто не видел.
 
Госпиталь, где Тося Викторова была старшей операционной сестрой, шел за действующей армией, и операционную приходилось оборудовать в самых невероятных условиях: в конюшне, сарае, а чаще всего в землянке. Из операционной порой не выходили сутками. Что там «на воле» - день или ночь, не знали. Особенно тяжело пришлось на 2-м Белорусском фронте в конце 1944 года. Только за декабрь сорок четвертого через руки полевых врачей и медицинских сестер прошло 16 тысяч раненых. Условия были тяжелыми. Бесконечные бомбежки, артобстрелы.
 
Прабабушка вспоминала: «Как-то во время операции недалеко от здания раздался взрыв. Мы, медики, плотно обступили операционный стол, склонились, чтобы битое стекло не попало на бойца. В такие минуты не думаешь о себе. Главная задача - спасти жизнь человеку».    
 
Одним из светлых воспоминаний этих дней была встреча со знаменитым ученым Александром Васильевичем Вишневским, чья мазь помогала быстрее поднять на ноги раненых бойцов. Тогда, в эти суровые дни, младший лейтенант медицинской службы Антонина Викторова получила орден Красной звезды. Им, молодым девчонкам, все время хотелось спать. Бывали дни, когда удавалось поспать всего два часа. В землянке, соседней с операционной, оборудовали для медицинской бригады ложе - еловые ветки, накрытые плащ - палаткой. «Только бросишься на это лучшую в мире кровать, только успеешь провалиться, будят: «Подъем! Раненых привезли», - вспоминала прабабушка. 
 
Разве можно забыть, как на станции Подборовье принимали они в свой госпиталь ленинградцев, вывезенных из блокадного города. Кормили, поили, лечили и отправляли в тыл. Как забыть изможденных детей, у которых, казалось, только и жили одни глаза. Дрожащими руками, боясь проронить хоть крошку, делили они хлеб. А ели его медленно, закрыв глаза, словно старались продлить удовольствие. Разве забудешь ребят из сибирской дивизии. Тогда, в первый год войны, много было сибиряков на Волховском фронте. И доставалось же им! Но как мужественно держались эти красивые веселые парни. Одного лейтенанта прабабушка помнила до конца своей жизни, хотя имени его и не знала. Может, потому, что это был первый, кто умер на операционном столе на ее глазах. Все срывал с лица наркозную маску: «Я же умираю, дайте последний раз вздохнуть!»
 
Войну закончила в Польше. За плечами у молодого лейтенанта Тоси Викторовой был Волховской, Прибалтийский, 2-й Белорусский фронты. Много медалей, одна из них «За отвагу», два ордена - орден Отечественной войны и орден Красной звезды бережно хранятся в нашей семье.  
Прабабушка Викторова (Варзина) Антонина Петровна прожила долгую яркую жизнь. Она всегда любила людей, отдавала себя им без остатка. А сколько жизней она спасла после войны. Более тридцати лет проработала моя прабабушка в железнодорожной больнице города Бабаево. С 1945 года являлась почетным донором СССР. К сожалению, прабабушка умерла в том же году, когда я родилась. Мы никогда не видели друг друга. 
 
В нашей семье память об этом человеке хранится и передается из поколения в поколение. Каждый год, 9 мая, мы собираемся за общим столом, чтобы еще раз вспомнить Викторову Антонину Петровну, поблагодарить ее за то, что мы, ее дети, внуки, правнуки живем в мирное время. Спасибо тебе за Победу! Мы будем помнить тебя всегда».
Автор: Валентина Игнатьевская
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика