Алчность на экспорт или кто «Пёурнул» правительству в уши?

Мордашов клянется, что хочет поднимать Вологодчину и лесную промышленность. Но за спиной у него ухмыляется финский гигант с плохой репутацией…

Кладовая леса

Вологодская область традиционно славится своими лесными богатствами. Но также она знаменита своей близостью к Европе – как сухопутно, так и морским путем. Поэтому издавна здесь пасутся охотники до нашего леса.

Развитые страны очень тщательно оберегают собственные природные ресурсы. Такая возможность у них появилась, когда для них открылись сырьевые источники стран третьего мира. Оттуда они черпают газ и нефть, там хоронят ядерные отходы и уничтожают лес. А у себя на сохраненных участках живой природы развивают экологические программы, которые потом в качестве примера экспортируют в разоряемые ими страны. Дескать, учитесь у нас ухаживать за природой. А поскольку глупые страны разоряются по дешевке, выгода подобного обмена очевидна.

Зарубежные страны всегда с большим аппетитом смотрели на лесные массивы России. Они настойчиво находили дорогу к нашим лесным богатствам. Не так давно в лесах Вологодской, Архангельской областей, Республики Коми густо паслись «совместные предприятия» из Швеции и Финляндии. В свое время, благодаря доброте губернатора Позгалева, такие фирмы работали и у нас. По сведениям «Гринпис», в конце девяностых годов разработка велась даже в таежном массиве Великого Андомского водораздела на границе Вологодской, Архангельской областей и Карельской республики. На Вологодскую область в этом массиве приходится львиная доля земель и, соответственно, леса.

Прикрывались порубщики тем, что они пользуют древесину сорную: березу и осину, выросшую из запущенного подлеска. Тем не менее, все мы прекрасно видим и видели, какой именно лес они тащат из леса…

Потом эту лавочку постепенно прикрыли. Но мытьем или катаньем Запад находит способ подобраться к природным богатствам России. Особенно хорошо у них это получается, когда находятся помощнички из числа олигархов. Ведь, как известно, деньги не пахнут, хоть и делаются из целлюлозы.

 

Финский партнер

Как известно, целлюлозный комбинат компании «Свеза», который некоторые мечтают выстроить под Череповцом, получил название «Зевс» («Свеза» наоборот). Итак, разработкой ОВОС (оценки воздействия на окружающую среду) проекта «Зевс» занималось российское представительство компании «Пёуру» («P?yry»). На наш взгляд, нас в очередной раз пытаются успокоить заявлениями об иностранных стандартах: «Это финская компания международного уровня, имеющая отличную репутацию в мировой лесной промышленности и проводящая серьезные экологические исследования и оценку безопасности систем очистки крупных промышленных предприятий» — говорит представитель «Свезы».

Однако, как мы уже писали ранее, даже у самих европейцев неоднозначное отношение к данной компании. Далее мы будем использовать материалы статьи, опубликованной в англоязычном Интернете. Ее автором является Крис Ланг, статья называется «Плантации, бедность и власть: Европейская роль в экспансии целлюлозной промышленности».

«Пеуру» – крупнейшая в мире компания, консультирующая по вопросам лесозаготовительного комплекса. Основана в Финляндии в 1958 году. С этого времени работала над проектами в более чем 100 странах и имеет представительства в 45 странах с персоналом 7300 специалистов. «Пеуру» описывает себя как «компанию, ориентированную на рост». За последние 10 лет «Пеуру» увеличила свои продажи в три раза. В 1998 году чистые продажи составили 259,7 млн. евро. К 2007 году чистая выручка равнялась 718 млн. евро.

«Пеуру» работала над более чем 400 целлюлозно-бумажными заводами. Одной из важнейших ролей «Пеуру» в организации ЦБК является предоставление информации, в частности, путем прогнозов потребления бумаги в мире. Эти прогнозы в большинстве своем неизменно оптимистичные. В 2002 году компания выпустила отчет с заголовком «Европейские рынки бумаги до 2015 года». Компания ожидала, что в период с 2005 по 2015 гг. спрос на бумагу и картон увеличится на 120 млн. тонн с 35 млн. тонн роста в Китае. В январе 2006 г. «Пеуру» опубликовала свой отчет «Мировые бумажные рынки до 2020 года», который предсказывает еще больший рост: 2,1% роста в год в мире спроса на бумагу до общего объема 490 млн. тонн в год к 2020 г.

Конечно же, «Пеуру» заинтересована в прогнозе увеличения потребления бумаги. Новые ЦБК должны отвечать предсказанному спросу, и «Пеуру» стремится выиграть контракты на исследования, разработку и строительство этих заводов.

Поэтому прогнозы «Пеуру» не всегда точные: стремясь получить выгодный контракт, компания искусственно нагнетает интерес и внушает большие надежды. Например, в 1994 г. «Пеуру» прогнозировала, что использование бумаги на душу населения в США вырастет на 1,6 % в год до 2005 года. Фактически, потребление бумаги в США достигло пика в конце 1990-х годов и упало на 12,75 % в промежутке 1999-2005 гг.

Игра на обмане

Публичные заявления директора компании дают возможность заглянуть внутрь роли «Пеуру» в продвижении целлюлозно-бумажной промышленности. Например, на одной из конференций он сказал: «Повторное установление имиджа целлюлозы и бумаги в качестве продукции, приемлемой с точки зрения экологии, является необходимостью». В этом заявлении не было сказано ничего о структуре целлюлозно-бумажной промышленности или о попытках решения проблемы массивных вырубок лесов. Его решение – использовать технологию, «чтобы улучшить экологическую составляющую». Он был бы рад оказывать консультационные услуги по технологии и дальше, естественно, за вознаграждение.

Основной сферой интересов компании является продвижение крупных ЦБК и промышленных плантаций деревьев. Лобби компании за сценой и на публике демонстрируют конфликт интересов, в который компания вступает каждый раз, когда ее нанимают для осуществления какого-либо проекта. «Компании-консультанты вступают в конфликт интересов, так как они сами могут получить прибыль в зависимости от результата, – поделился консультант компании Nordic на условиях анонимности.

– Например, если они видят, что определенный проект осуществим, они часто находятся в более выгодном положении для того, чтобы заняться последующими исследованиями, проектированием и контролем строительства на дальнейших стадиях проекта (которые часто приносят гораздо большую прибыль, чем первоначальные исследования осуществимости проекта). Данного конфликта можно было бы избежать, если бы оценку выполняла независимая сторона, которая бы знала, что она затем не будет нанята для выполнения какой-либо дальнейшей работы, связанной с проектом, вне зависимости от исхода оценки».

«Экономический убийца»

Роль «Пеуру» в Индонезии иллюстрирует этот конфликт интересов. В 1980-х годах «эксперты» «Пеуру» начали работать в Индонезии, они могли бы объяснить, что массовая экспансия целлюлозно-бумажной промышленности в Индонезии принесет с собой миллиарды долларов убытка, земельные конфликты, уничтожение лесов и загрязнение рек. Они могли бы сказать о том, что, возможно, лучше не начинать эту экспансию. Но если бы они это сделали, «Пеуру» не выиграла бы контракты на несколько проектов ЦБК.

Работа комбината «Аракруз» в Бразилии является другим и наиболее спорным проектом ЦБК в мире. Под обширные эвкалиптовые плантации компании были отобраны земли коренных народов, были уничтожены области атлантических тропических лесов, это привело к осушению водных источников на большой территории провинции Эшпириту Санту. И тут «Пеуру» сыграла ключевую роль, помогая компании основывать и развивать свое производство.

Завод компании Phoenix Pulp and Paper Company (целлюлозно-бумажная компания «Феникс»), ошибочно названный «зеленым проектом», на северо-востоке Таиланда является одним из примеров такого вида технологий, которые продвигает «Пеуру». «Зеленый проект» был разработан для решения проблемы загрязнения ЦБК «Феникс», который загрязнял реку Пхонг. Вместо сливания стоков в реку, «Пеуру» выступила с проектом использования воды для ирригации эвкалиптовых плантаций. Заказчики проекта согласились с экспертом. В итоге желто-бурые пенящиеся воды от ЦК по трубам отводились в ирригационные каналы близлежащих эвкалиптовых плантаций… и затем распространялись в расположенные рядом фермерские поля, уничтожая урожай риса.

Во время сильного дождя вода течет в реку Пхонг. Стоки проникают в грунтовые воды. Местное население жалуется, что вода стала соленой, и ее невозможно пить. В 1998 году, когда автор посетил эти края, рис в этих местах вовсе перестал расти.

«Пеуру» объясняет свою «бизнес концепцию как вовлеченность в развитие бизнеса клиента на раннем этапе». Действительно, бизнес концепция «Пеуру» основана на максимальной вовлеченности. Работая в качестве консультанта в правительствах, компания задает политические рамки для проектов, по которым она затем может продать свои услуги. В секторе целлюлозно-бумажного производства «Пеуру» убеждает правительства, что производство целлюлозы на экспорт равняется «развитию», что высаживание монокультур экзотических видов деревьев означает «восстановление лесов», что несколько опасных рабочих мест решат проблему безработицы, и что земли под высаживание находятся в плохом состоянии – обычно в результате жизни на них фермеров.

Нечто подобное сейчас происходит и у нас. Впрочем, это не первый опыт сотрудничества «Пеуру» с нашей страной…

От Северо-Запада – до Байкала

В конце 1980-х годов «Пеуру» участвовала совместно с СССР в обсуждении экономической оценки целесообразности в отношении экономического потенциала 200 млн гектаров леса в северо-восточных регионах Коми, Архангельской, Вологодской областей, Карелии, Ленинградской и Новгородской областей. За 1-2 года эта компания намеревалась подготовить диаграмму потребностей и потенциала инфраструктуры для создания промышленности на основе леса, включая целлюлозно-бумажные заводы.

«Советы обратились к нам 1,5 года назад по данному вопросу, и мы беседовали с Министром лесной промышленности СССР», – заявил газете «Financial Times» в 1989 году Юкка Нирола, на тот момент управляющий директор «Пеуру». – После завершения исследования мы надеемся принять участие в последующем изучении по конкретным проектам».

Проект стартовал в 1992 году и включал оценку всего лесного сектора России. «Пеуру» рекомендовала удвоить долю вырубки российских лесов (увеличив ежегодную вырубку со 100 млн. кубических метров до 200 млн. кубических метров, что, как считала «Пеуру», было гораздо ниже «оптимального» уровня).

Роль «Пеуру» в проблеме ЦБК на Байкале также иллюстрирует работу компании.

В период с 1998 по 2000 гг. «Пеуру» работала над оценкой существующих Байкальского и Селенгинского ЦБК. С начала работы в 1966 г. на берегу озера Байкал в Восточной Сибири Байкальский ЦБК был катастрофой, ведущей к сильнейшему загрязнению уникального озера. «Гринпис» имел своей целью закрыть ЦБК. До постройки этого комбината ученые из Иркутского государственного научного биологического университета выступали против планов постройки завода на берегу Байкала. Когда дошло до критической точки, «Пеуру», конечно же, не рекомендовала закрыть Байкальский ЦБК. Вместо этого компания посоветовала расширить и «модернизировать» завод, переводя его сначала на производство без элементарного хлора, а затем на полностью бесхлорную технологию. «Пеуру» высказалась критически в отношении вырубок, но все же рекомендовала расширить производство. В 1998 г. древесину для ЦБК завозили с расстояния 1400 километров.

В 2003 году журнал «Know-How» («Ноу-хау») компании «Пеуру» подытожил, что она заинтересована в России. «Россия имеет почти половину мировых запасов хвойной древесины», – пишет Райнер Хэггблом, председатель и генеральный директор «Jaakko P?yry Consulting». Он полагает, что леса России могут вырубаться с долей 500 млн. кубических метров в год, что в три раза превышает текущий коэффициент. «Я уверен, что наши инвестиции в качестве ведущего консультанта в лесном секторе России окупятся в будущем».

Также компания «Пеуру» предоставляет широкий диапазон услуг, связанных с квотами на выбросы углерода. «Пеуру» подготавливает проектную документацию и стратегии продаж для компаний, которые хотят приобрести квоты на выбросы углекислого газа, позволяя им продолжать загрязнять окружающую среду».

Не индустрия, а придаток

И, наконец, придется поставить точку на иллюзиях на экономическое могущество, основанных на первоначальном вранье о цели будущего комбината. Мордашов говорил, что ЦБК будет служить примером подъема нашей промышленности, что особенно актуально сегодня. Дескать, хватит продавать лес на корню за границу, пора его перерабатывать самим. Ему вторил и Губернатор Кувшинников: нужна глубокая переработка, нельзя увозить дохода из Вологодчины.

Но на поверку оказалось, что ЦБК будет заниматься лишь производством целлюлозной пульпы – самым вредным переделом древесины, и нам будет доставаться самая грязь. Куда будет продаваться полученная целлюлоза? Это большой вопрос. Но место расположения ЦБК в некотором смысле не оставляет сомнений: это северо-западный регион страны, это выход к пяти морям, это близость к Европе и мощная железнодорожная сеть, которая позволяет отправлять продукт по всему континенту.

А в том, что целлюлоза будет продаваться именно на экспорт, нет почти никаких сомнений: пока это выгоднее, чем продавать в Россию, промышленники и олигархи будут отдавать предпочтение экспорту. Деньги не пахнут. А весь запах вредного производства и те смертельные химические соединения, которые тоже не пахнут, подобно деньгам, но несут с собой риск онкологических заболеваний, останутся нам. Это кардинально меняет дело. Получается, что нас в очередной раз надули. А заодно обманули Правительство и Президента, рассказав ему о подъеме производственного потенциала страны.

Как повернутся события дальше, мы будем вас информировать. А пока инициативная группа направила соответствующие обращения в адрес Дмитрия Медведева и Владимира Путина. Возможно, письма дойдут до адресатов и помогут избавить уши наших правителей от пульпы компаний «Пёуру» и «Свезы».

Автор: Василий Смирнов
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика