Потомки дворян восстанавливают семейные усадьбы

Экскурсия в Хвалевском

Юрий Войцеховский-Качалов (слева) провел экскурсию по усадьбе для нескольких десятков местных жителей

Тысячи дворянских усадеб, национализированных большевиками, стоят заброшенными по всей России, говорят эксперты. В последние годы их восстановлением стали заниматься потомки прежних владельцев.

Уроженцы Риги, финансисты Юрий и Вера Войцеховские-Качаловы, четыре года назад выкупили у государства усадьбу Хвалевское в Вологодской области, до революции принадлежавшую предкам Веры. Усадьба открыла свои двери публике в начале июля — после завершения основных реставрационных работ.

Новые владельцы говорят, что намерены воссоздать в Хвалевском усадьбу из романов XIX века, которая станет для них в первую очередь родовым гнездом. Часть дома они хотят отдать под культурный центр, в который войдут музей, концертный зал, художественная студия и воскресная школа для местных детей.

Случаев, когда потомкам дворян удается вернуть себе семейные поместья, по всей России не более десятка, сообщил Би-би-си глава фонда «Возрождение русской усадьбы» Григорий Алявдин.

Поскольку в России никогда не было государственной программы реституции — возвращения национализированной собственности, — наследникам доступны только варианты покупки и аренды.

По словам Войцеховских-Качаловых, своим примером они надеются показать, что иногда не нужно ждать помощи государства, и призвать других людей спасать усадьбы, оставшиеся без хозяев почти сто лет назад.

«Чеховская атмосфера»

Усадьба резко выделяется на фоне деревянных домов и скромных магазинов села Борисово-Судское, расположенного в 180 км от Череповца. После реставрации она стала одной из немногих достопримечательностей села.

Хвалевское было построено в середине XIX века близким соратником Александра III Николаем Качаловым — прапрадедом Веры Войцеховской-Качаловой. Основатель усадьбы одно время был архангельским губернатором, а затем возглавил таможню Российской империи.

Пять поколений потомков Качалова приехали в Хвалевское для открытия усадьбы. Дом, который после революции в разное время был райкомом, военным госпиталем и школой, заново освятили, после чего новые хозяева устроили день открытых дверей для жителей села.

«Мы собираемся возродить здесь настоящую русскую усадьбу с традицией, атмосферой, может быть, чеховской, — говорит Вера Войцеховская-Качалова. — Кроме того, мы также хотим участвовать в жизни села и сделать все возможное, чтобы как-то им помочь».

«Хоть одно сделали»

Борисово-Судское, где, по данным переписи, живут чуть менее двух тысяч человек, не производит такого тягостного впечатления, как многие другие места в нынешней российской провинции. Здесь много частных магазинов, есть дом культуры, музей, проводятся сельские праздники, а летом сюда приезжают многочисленные дачники.

Усадьба Хвалевское

Так выглядела усадьба до реставрации

Вместе с тем местные жители жалуются на нехватку работы. После распада СССР здесь закрылись почти все производства, и молодежь зачастую вынуждена браться за любую мелкую работу, например, колку дров.

На фоне этого, казалось бы, причин для симпатии к состоятельным людям, наследникам дворян, у местных не много. Однако все жители Борисово-Судского, с которыми я разговаривала, относятся к восстановлению усадьбы положительно.

Так, пенсионерка Галина Комиссарова говорит, что, когда она переехала в село в 90-х годах, Хвалевское уже разрушалось на глазах.

«Окна были заколочены, стена разваливалась, вообще никакого порядка не было, — рассказывает местная жительница. — У нас по Борисову и так много развалин, никто этим не занимается. Хоть это одно сделали — и то хорошо».

Отсылки к царскому прошлому

Новые хозяева купили дом на аукционе за приблизительно 100 тысяч долларов, но реставрационные работы обошлись им в гораздо большую сумму.

«Когда мы сюда в первый раз приехали, дом был в таком состоянии, что было трудно представить, что с ним можно сделать. Казалось, что если мы уедем, то он в таком состоянии просто пропадет, а мы останемся с чувством, будто что-то предали», — рассказывает Вера Войцеховская-Качалова.

Как она призналась, если бы их семья была обычными инвесторами, без «личного интереса», они вряд ли взялись бы за этот проект.

Новым владельцам пришлось перестраивать покосившийся угол дома, разбирать перегородки, при помощи которых усадебные комнаты превратили в школьные классы, восстанавливать структуру крыши.

Сейчас их главная задача — воссоздать обстановку дома. Они планируют собрать антикварную мебель, картины, чтобы усадьба как можно больше напоминала то, чем она была до революции.

Отсылки к царской России в усадьбе бросаются в глаза и сейчас: на стенах одной из комнат висят портреты императоров, правивших во времена существования Хвалевского. Однако посетители усадьбы, потомки рабочих и крестьян, по всей видимости, не возражают против этого.

«Это было так давно, сейчас времена совсем другие, и все это неважно. Никакого противоречия нет», — сказала мне одна из посетительниц особняка, стоя у портрета Николая II.

Для местных или туристов?

Когда все работы будут закончены, практически весь первый этаж усадьбы займет культурный центр. На вопрос, как будет устроена жизнь в их доме, если в нем практически постоянно будут находится посторонние люди, хозяева пока не дают точного ответа.

Житель Борисово-Судское

Борисово-Судское, где живут чуть около 1,9 тысячи человек, выглядит самым обычным российским селом

При этом у местных жителей усадьба уже вызывает огромный интерес. Новые владельцы ожидали, что на день открытых дверей придет около 20 человек, но в итоге ошиблись на несколько десятков.

Многие из тех, кто пришел в усадьбу в день открытых дверей, помнят это здание еще с тех времен, когда тут еще была школа. Но если личные воспоминания объяснимо делают усадьбу привлекательной для местных жителей, то о перспективах привлечения туристов издалека Войцеховские-Качаловы говорят осторожнее.

От ближайшего крупного города — Череповца — Борисово-Судское отделяют как минимум три часа езды, в селе нет гостиниц и ресторанов.

Тем не менее, новые владельцы рассчитывают, что через несколько лет доходы от усадьбы, в том числе от туристов, начнут покрывать хотя бы затраты на ее содержание.

«Я думаю, это может быть интересно и иностранцам, кто хочет побывать в настоящей России, побывать в ее глубинке, подышать чистым воздухом», — считает Войцеховская-Качалова.

Инвестиции в историю

В российском законодательстве для наследников не предусмотрено приоритетного права на покупку или аренду национализированной собственности. Им приходится конкурировать на аукционах с другими, часто гораздо более состоятельными кандидатами.

Почему в России нет реституции?

Тогда как большинство бывших стран соцблока уже вернули наследникам владельцев то, что у них отобрали нацисты или социалистическое правительство, в России законы о реституции регулируют исключительно передачу собственности религиозным организациям.

Обсуждения более масштабной реституции, как правило, сталкиваются с тем аргументом, что в России придется возвращать отнятое почти 100 лет назад, тогда как в других странах этот срок короче.

Все судебные иски о возвращении собственности в российских судах решались не в пользу истца — просто потому, что закон такую процедуру не регулирует.

Президент России Владимир Путин ранее категорически отверг возможность реституции нецерковной собственности, конфискованной большевиками.

По словам российского президента, передача собственности открывает «ящик Пандоры», порождающий череду новых требований с разных сторон.

«Может быть, когда-то мы и сможем это сделать, но сейчас, на мой взгляд, мы абсолютно к этому не готовы. Это невозможно», — сказал Путин в феврале на фоне скандала с библиотекой Шнеерсона.

Хвалевское — один из двух примеров того, как потомкам дворян удалось выкупить усадьбу у государства, рассказывает Григорий Алявдин из фонда «Возрождение русской усадьбы». До Войцеховских-Качаловых это сделали Сергей и Елена Леонтьевы, купившие усадьбу Воронино в Ярославской области.

В обоих случаях усадьбы удалось оформить в собственность, поскольку у них не было официального статуса памятника культуры, делающего продажу здания незаконной. Несколько других усадеб по всей России, у которых такой статус есть, были взяты потомками владельцев в долгосрочную аренду под обязательство реставрации. Таким образом, к примеру, была восстановлена усадьба Матвея Муравьева-Апостола в Москве или усадьба Лермонтовых Середниково в Подмосковье.

Частные инвестиции не всегда означают спасение исторического здания. Министерство культуры России в марте подало в суд на арендаторов 36 памятников культуры, после того как генпрокуратура обнаружила десятки нарушений при их реставрации.

Тем не менее, положительных примеров много, причем в большинстве случаев эти люди не являются потомками дворян, отмечает Алявдин.

«Современные бизнесмены вкладывают в это сначала деньги, силы, а потом, я чувствую, уже и душу. Но чем важны потомки и чем они, в каком-то смысле, желательны, чтобы их было больше? Дело в том, что это люди, как говорится, мотивированные», — подчеркивает глава фонда «Возрождение русской усадьбы».

Личная связь с домом была большим стимулом для новых владельцев Хвалевского, но в конце концов происхождение реставраторов не так уж важно, считают новые владельцы усадьбы.

«В России так много мест, которые будут разрушены, если с ними ничего не делать. Остается немного времени — 5-10 лет. Если люди начнут инвестировать в такие проекты, как наш, таких мест сохранится больше», — считает Вера Войцеховская-Качалова.

Автор: Ольга Слободчикова
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика