Вредная классика

На одном уроке не открылась ссылка на Лотмана. На другом уроке — текст Бомарше. «Уважаемый абонент! Доступ к сайту заблокирован системой контент-фильтрации МГТС. Вы можете сообщить о неверной категоризации ресурса», — равнодушно сообщает заставка. Вредными для детей неожиданно оказываются научные статьи, русская и мировая классика, общественно-политическая литература — они просто не открываются в школе. Почему?

Закон о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию, требует применять «административные и организационные меры, технические и программно-аппаратные средства защиты детей» от информации там, где дети имеют к ней доступ, — то есть на компьютерах в школах и детских библиотеках.

В подавляющем большинстве московских школ работает система контент-фильтрации МГТС — именно у этой компании заключен договор с московским департаментом образования. Некоторые школы — особенно частные — пользуются другими интернет-провайдерами, но это не снимает с них обязанности фильтровать контент. В школу может прийти с проверкой представитель прокуратуры и посмотреть, закрыт ли доступ к запретным сайтам. Иногда по результатам таких проверок выдают предписания устранить безобразия. А бывает и хуже: минувшей осенью прокуратура подала иски против двух детских библиотек Петербурга, где на момент проверки не работала установленная на компьютерах система родительского контроля.

Спасти детей от Толстого

По закону, в школах должны блокироваться порнография, экстремизм, призывы к самоубийству, употреблению психоактивных веществ. Блокируются также сайты, с которых школьники могут списывать домашние работы.

Однако в течение последнего года блокировке в школах подвергались чуть не все онлайновые библиотеки, в том числе совершенно легальные — с художественной и научной литературой. Некоторые сайты (Lib.ru, Lib.rus.ec, Litres.ru, Runiverse.ru, Dic.academic.ru) со временем разблокировали, но многие (Livelib.ru, Bibliofond.ru, ModernLib.ru, E-libra.ru, Сonstitutions.ru, Gumer.info и др.) остаются закрытыми.

Системой контент-фильтрации в школах были заблокированы сайты агентства Росбалт, интернет-издания «Частный корреспондент», общества «Мемориал», правозащитного центра «СОВА». Закрыт доступ к сайту дома-музея Льва Толстого tolstoymuseum.ru. Заблокирован сайт chukfamily.ru, посвященный семье Чуковских. В школе можно перебрать двадцать ссылок на текст «Женитьбы Фигаро» — и ни одна не откроется.

Логику искать бессмысленно. Православные сайты «Правмир» и «Милосердие» закрыты, а «Православие.ру» открывается. «Яндекс-картинки» заблокированы, а «Гугл-картинки» работают.

Разумеется, можно «сообщить о неверной категоризации ресурса». Иногда реакция есть. Иногда ее нет — скажем, сайт о Чуковских так и остается закрытым. А обратная связь системой контент-фильтрации не предусмотрена.

Внезапно

«По рекомендации московского департамента образования я записалась на ресурс-курс для учителей, которые стимулируют детей к созданию медиапроектов в области образования. Курс находился на сайте iearncourses.iearn.org, принадлежащем международной образовательной программе компании Adobe «Голоса молодых», — говорит преподаватель мировой художественной культуры школы «Интеллектуал» Елена Гудкевич. — Но выйти на сайт из школы я не смогла, пришлось перенести всю работу домой». Сейчас блокировка снята, но ведь у курсов есть четкие сроки, когда их надо пройти.

Иногда неожиданная блокировка срывает школьные проекты и мероприятия. Заместитель директора по информатизации московской школы №1298 Иван Затолокин рассказывает, что его школа подключилась к online-библиотеке biblio.litres.ru, но сайт вскоре оказался заблокирован системой контент-фильтрации, так что участие в проекте стало невозможным (сейчас сайт доступен). Минувшей осенью в школе №1298 проходила олимпиада по информатике и ИКТ. Олимпиадные работы обычно проверяет тестирующая система. Дети получили задания школьного тура, логины для регистрации в тестирующей системе, зашли в интернет… и увидели сообщение, что доступ заблокирован системой контент-фильтрации МГТС…

«Олимпиаду мы все равно провели и проверили, — рассказывает Иван Затолокин. — Но наши дети оказались лишены возможности воспользоваться тестирующей системой, пострадала объективность проверки».

Эксперты и система

Система контентной фильтрации (КФ) под названием NetPolice, которая используется в большинстве школ России, разработана Центром анализа интернет-ресурсов (ЦАИР). Школы могут получать услугу от провайдера (в Москве — МГТС), а могут сами установить фильтры непосредственно на школьные компьютеры. Руководитель проекта NetPolice Игорь Поляков поясняет принципы работы фильтров:

«Есть два типа информации, которую блокирует наша система. Первый тип — это ресурсы, находящиеся в черном списке, определенные государством: список экстремистских сайтов Минюста, ресурсы, заблокированные по решению суда, прокуратуры, Роскомнадзора. Второй тип — это ресурсы, категорированные как не соответствующие целям и задачам образования.

Категоризация ресурсов происходит так. Раньше этим занимались более трех тысяч экспертов, работающих в системе образования; эти люди сами выразили желание участвовать. Вопрос решался путем простого голосования экспертов: нужен этот ресурс для учебного процесса или не нужен, соответствует он целям и задачам образования или нет. Затем — сама система умеет находить и блокировать похожие ресурсы: скажем, эксперты сочли, что «Одноклассников» нужно заблокировать в школах; система поняла, что это соцсеть, и стала блокировать подобные соцсети».

Затем, если пользователи обращаются через форму на сайте с просьбой разблокировать ресурс, система учитывает эти запросы. Когда пользователи стали просить разблокировать нужные в школах детские соцсети, система разблокировала все найденные детские соцсети. При этом сама система не определяет, что плохо, а что хорошо для школьников.

«Для нас порно — это просто категория информации, — говорит Игорь Поляков. — Мы можем блокировать такие ресурсы по аналогии с уже выявленными: скажем, если пользователь ищет порнографию по запросу «порно» в «Яндексе» или «Гугле», то мы можем заблокировать те ресурсы, которые выводит поисковая система по этому запросу. Ошибки в категоризации ресурсов не только возможны — они есть и будут всегда, и их надо исправлять. Как правило, исправление такой ошибки занимает от нескольких часов до нескольких дней, иногда дольше».

Просьб о блокировке-разблокировке ежедневно приходят сотни и тысячи. Эти просьбы перенаправляются экспертам, которые принимают решения.

Школам — свободу разблокировки

«Если мы не управляем какой-то системой, мы не можем пользоваться ею, — считает Иван Затолокин. — Вообразите, что в вашей машине вы сами не можете нажимать на газ и тормоз, а это делает централизованно московское ГИБДД. Очень нужно, чтобы школьный системный администратор мог разблокировать нужную страницу под свою ответственность, вводя, к примеру, определенный шифр или секретный код, — но именно в то время, когда эта страница нужна, а не через несколько дней, недель или месяцев».

«На уровне провайдера это сделать тяжело, — отвечает Игорь Поляков. — Уже сейчас вся система КФ обрабатывает порядка 100 тысяч запросов в секунду, а если учитывать индивидуальные пожелания каждой школы, нагрузки на систему возрастут в разы. Но возможность для «продвинутых» школ есть: она появляется, когда система КФ установлена непосредственно в школе, тогда школа сама может управлять блокировкой. Со временем такая возможность появится и при использовании услуги КФ от провайдера».

Руководитель проекта NetPolice заключает: «В 2006–2007 годах, когда Министерство образования выпустило методические рекомендации по контент-фильтрации, закона о защите детей от вредной информации еще не было, но механизмы фильтрации были отработаны еще тогда. На тот момент было очень много разговоров о том, что это цензура, вред и зажим, но время показало, что система справляется с задачей. И не надо забывать, что за это время было заблокировано более 13 миллиардов запросов к совсем не детским сайтам. Сейчас это живая система, задача которой — максимально адаптироваться к задачам образовательного сообщества».

Против блокировки детского порно и объявлений о продаже наркотиков никто не возражает. Проблемы начинаются там, где появляются сложные понятия: насилие, пропаганда, вред, соответствие или несоответствие образовательным задачам. И здесь особенно необходимы четкие критерии, квалифицированные эксперты, своевременная и ясная обратная связь.

Или — собственная школьная система фильтрации. Или собственный мобильный интернет — но это уже зона личной учительской и родительской ответственности.

Источник: "Новая газета"
Автор: Ирина Лукьянова
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика