Расстрелянная судьба

Альфир Абраров не мыслил себя без семьи и неба. | Фото из семейного архива

В Южном Судане погиб вологодский вертолетчик.

«За две недели до трагедии дядя был у нас на дне рождения, — вспоминает племянница погибшего летчика Зульфия Земцова. — Он был очень веселым человеком. Шутил, смеялся. Обещал приехать в апреле на годовщину моей доченьки... А потом мы увидели новости по телевизору...»

Семья и небо

Альфир Абраров родился в Тольятти в 1965 году.

«На самом деле где только его жизнь не носила, — вспоминают родные. — И в Казахстан, и в Афганистан. Пока несколько лет назад семья наконец не обрела свой дом в Вологде».

С детства Альфир бредил небом. Для молодого человека просто не существовало другой профессии, поэтому после школы учиться отправился не по принуждению, а по призванию — в Сызранское летное училище. С тех пор Альфир летал. Прошел афганскую войну, остался жив, но вспоминать о ней не любил.

«Он не представлял себя без своей работы, — рассказывают родственники летчика. — Семья и небо — это все, чем дорожил он в этой жизни».

У Альфира Абрарова подрастали сын и дочь. Несколько лет назад дочь вышла замуж, уехала в Москву, появился внук.

«Знаете, дядю все любили, — рассказывает племянница Альфира Абрарова. — Он всегда был душой любой компании. Всем умел поднять настроение, находил выход из любой сложной ситуации, всегда с улыбкой. Когда семья собиралась, он брал в руки гитару... Такой вот был человек. Если он и бывал расстроен, то никому никогда не показывал».

Несколько лет назад, уже будучи на пенсии, Альфир Абраров решил, что сидеть на земле до старости он не станет, и... взял в руки учебник английского языка.

«Очень цельный человек был. Если что решил — не отступится, — вспоминают родные. — Язык выучил, подал заявление и прошел комиссию, став сотрудником миссии ООН».

Южный Судан был уже второй командировкой Альфира Абрарова в составе миротворческой миссии. За две недели до смерти летчика семья собиралась вместе в Вологде за праздничным столом.

«Моей дочке было 6 месяцев, — вспоминает Зульфия Земцова. — Дядя так ее полюбил, что носил на руках! Он был веселым, обещал, что обязательно вернется к апрелю, когда ей исполнится годик, и привезет подарок»

21 декабря Зульфия включила телевизор...

«Это было как будто не про него, — плачет женщина. — Мы все словно застыли от того, что сообщили в новостях. И пребывали в таком состоянии до того момента, когда тело дяди привезли в Вологду...»

Последний полет

21 декабря вертолет МИ-8, принадлежащий авиакомпании «Нижневартовскавиа», направился в район населённого пункта Ликуанголе (штат Джонглей) в самой молодой республике мира Южный Судан.

«Вертолет имел опознавательные знаки ООН и выполнял запланированный полёт по заданию миссии, — заявили в МИД России. — На борту находился работавший по контракту с ООН русский экипаж в составе командира Ильина, второго пилота Абрарова, бортмеханика Егорова и бортпроводника-радиста Шпанова. Местное командование заранее в установленном порядке было поставлено в известность о запланированном полёте. Миссии была гарантирована полная безопасность».

Однако по российскому вертолету открыли огонь. Сначала прошла версия, что вертолет был сбит, но, по неофициальной информации, с земли по пилотам была дана автоматная очередь. Их просто расстреляли.

Практически сразу вслед за трагедией посол Южного Судана в России заявил, что об этом полете не было информации ни у миссии ООН в Южном Судане, ни у правительства страны.

«Вертолет приземлялся в районе базы сепаратистов Дэвида Яу Яу и оставался там на протяжении 15 минут, — пояснили в посольстве, — поэтому был открыт огонь».

В ответ МИД России призвал власти Южного Судана провести расследование, а ООН пообещала выплатить родным погибших летчиков страховку — по 100 тысяч долларов каждому.

Всю неделю, пока тело любимого мужа, отца и дяди транспортировали в Россию, пока МИД двух стран обменивались репликами, пока авиакомпания «Нижневартовскавиа» требовала свой миллион долларов за разбитую машину, семья Альфира Абрарова провела в тишине вологодской квартиры жены погибшего. Женщина замкнулась в своем горе. Сообщение о смерти ее мужа каждый час повторялось в выпусках новостей на центральных телеканалах. Вот сюжет про то, как тело ее мужа доставили в столицу молодой республики Джубу, вот погрузили на российский борт, вот — встреча «груза-200» в Москве. В аэропорту почетный караул, флаги...

28 декабря гроб с телом прибыл в Вологду. Попрощаться с героем пришли больше 100 человек.

«Я не знаю второго такого человека, который бы так любил жизнь, как дядя, — говорит племянница Альфира Абрарова. — У него были друзья, наверно, во всем мире. Его невозможно было не любить за то, что он дарил себя всем: родным, знакомым, коллегам... Забыть такого человека невозможно, и мы будем помнить».

Источник: Юлия Лаврова
Автор: Юлия Лаврова
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика