Гладко было на бумаге

Комиссия признала, что стены, оконные проемы и лестница в доме прогнили настолько, что всё может рухнуть в любой момент. На стенах квартиры Екатерины Лемешевой — лед и иней. | Фото из личного архива

Грязовчанка, живущая в разваливающемся доме, два года наблюдает, как квартиры, вроде бы предназначенные ей, отдаются другим людям.

Жительница Грязовца Екатерина Лемешева (данные изменены в соответствии с ФЗ «О СМИ») впервые потребовала предоставить ей нормальную квартиру взамен аварийной еще в 2004 году.

Одинокая мама, которая воспитывает сына-инвалида, устала жить в нечеловеческих условиях: «Я живу с сыном в деревянном доме постройки 1904 года. Последний ремонт в нем делался в 1978 году. По состоянию на 2003 год износ дома уже составлял 60%».

В техническом паспорте дома, составленном еще десять лет назад, отмечалось, что фундамент дома имеет трещины, сколы, искривления. Наружные и внутренние капитальные стены, полы и оконные проемы гниют, а деревянные перекрытия просели. Межведомственная комиссия от 23 июня 2010 года признала дом непригодным для проживания в связи с утраченными в процессе эксплуатации характеристиками несущих конструкций дома. Вывод комиссии: «Капитальный ремонт дома выполнять экономически нецелесообразно».

Внеочередное право

«Эту квартиру приобрела моя мама, чтобы у меня и у моего брата было где жить, — рассказывает Екатерина о том, как у их семьи появилось аварийное жилье. — Но ей говорили, что это отличный теплый дом, а в результате оказалось, что здесь промерзают стены, которые в итоге стали гнить». Родственники, как могли, утепляли квартиру, но ничего не помогало. Стены продуваются ветром, перекошенные, а лестница сгнила.

При этом в доме — печное отопление, которое не спасает.

«Ходим дома в валенках, в теплых вещах. Мой 10-летний сын, у которого сахарный диабет, постоянно болеет. На защиту наших прав уже встал наш районный суд, который обязал своим решением выделить вне очереди жилье. Но администрация Грязовца, видимо, не считает меня достойной этого», — возмущается Екатерина Лемешева.

Интересно, что на суде представитель администрации города Ольга Мартынова была не согласна с требованиями Екатерины предоставить ей жилье. Мартынова пояснила суду, что именно собственник квартиры обязан осуществлять надлежащую эксплуатацию дома и обеспечивать проведение ремонта общего имущества многоквартирного дома. Следовательно, непригодность жилого помещения для проживания могла наступить в результате неисполнения собственником своих обязанностей по содержанию жилого дома, в котором находится данное помещение.

Суд критически отнесся к доводам Ольги Мартыновой и решил обязать администрацию муниципального образования Грязовецкое предоставить ей вне очереди изолированное жилое помещение, отвечающее санитарным и техническим правилам и нормам и иным требованиям законодательства, в черте Грязовца. Также суд указал: «Предоставление жилых помещений вне очереди не предполагает включение гражданина в какую-либо очередь. Указанное право должно быть реализовано вне зависимости от наличия или отсутствия других лиц, состоящих на учете по улучшению жилищных условий, времени принятия на учет».

Шило на мыло

Казалось бы, вот он — счастливый финал! Но вступившее в силу решение от января 2011 года вот уже два года не выполнено администрацией Грязовца. «После того как я обратилась в суд и выиграла, туда же обратились другие жильцы этого же дома, — говорит Екатерина. — Решения были приняты в пользу жильцов. Но как только в фонде появились двухкомнатные квартиры, их отдали людям, решения по которым приняты позже, чем у меня».

Справедливости ради надо отметить, что администрация предлагала семье варианты улучшения жилищных условий. «Да, они предложили жилье в похожем доме, и конечно же, я отказалась — зачем менять шило на мыло?» — объясняет женщина.

Екатерине в течение двух лет после принятия судебного решения объясняли, что ее очередь в списке внеочередников еще не подошла: «Сначала я была девятой, потом третьей. Сейчас я первая, и мне сообщил глава администрации, что мы переедем в другую квартиру перед Новым годом. Но тут я узнаю, что комиссия администрации признала меня недостойной и отдала две двухкомнатные квартиры людям, которые в очереди вторые и четвертые».

Юрист Ольга Мартынова, которая уже выступала в суде против требований Екатерины Лемешевой, сообщила «Премьеру», что администрация города, конечно, обязана исполнять решения суда сразу же, и они даже ориентируются на дату вступления решения в силу. Но почему-то в случае с Екатериной Лемешевой этого не происходит.

«Да, когда появляются свободные квартиры, которых очень немного, рассматриваем всех претендентов. Сейчас их 17. И среди них есть погорельцы, у которых вообще нет крыши над головой. Им хуже, чем Лемешевой. А то, что у нее ребенок-инвалид, пусть обращается за пособиями и субсидиями, там это имеет значение», — говорит юрист.

Интересно, что одна из выделенных квартир, площадь которых 40, 41 и 45 квадратных метров, могла бы достаться Лемешевым, если бы это была однокомнатная квартира той же площади. «А это двухкомнатная!» — доказывает юрист Мартынова. В итоге межкомнатная перегородка в маленькой двухкомнатной квартире стала основанием для отказа женщине с ребенком-инвалидом, и юрист Мартынова не считает это бюрократией. В свою очередь, Екатерина Лемешева обратилась в межрайонную прокуратуру с просьбой проверить работу администрации г. Грязовца на соответствие закону.

Автор: Марина Чернова
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика