Не чужая земля

Никита Михалков решил снять продолжение «Чужой земли». | Фото с сайта vestifinance.ru

Часть эпизодов документального фильма «Чужая земля» режиссер Никита Михалков снял в Междуреченском районе Вологодской области.

Знаменитые звонки по таксофону службе спасения, полиции и «Скорой помощи» с просьбой спасти умирающую деревню Михалков сделал с телефона, установленного в соседней с его поместьем деревне.

28 октября на канале «Россия» был показан фильм Никиты Михалкова «Чужая земля». Интернет-общественность на «Блогово» опознала родные места! Оказывается, часть съемок проходила в Междуреченском районе Вологодской области. Вслед за юмористом Михаилом Задорновым, который несколько дней снимал материал для своего кино в нашем регионе и поражался беспросветной жизни вологжан, ужасному состоянию деревень поразился знаменитый кинорежиссер. Причем сделал это так смачно, что фильм «Чужая земля» уже разлетелся по цитатам...

Навеяло путешествием

Начинаются съемки с песни бардов, которую можно считать лейтмотивом деятельности Никиты Сергеевича в вологодских полях:

  • — Мою родину растерзали
  • Не бывало врагов подлей.
  • Я тихонечко партизаню
  • На ошметках родных полей.

Основной задачей авторов фильма, как они заявляют, было показать, что за последнюю четверть века русская деревня изменилась до неузнаваемости. Съемочная группа объехала несколько регионов — Пермскую, Вологодскую, Ивановскую, Нижегородскую, Владимирскую и Калужскую области. Самое непростое положение, по мнению авторов фильма, — в Вологодской и Костромской областях.

По словам сценариста Ольги Любимовой, идея картины пришла в голову именно режиссеру Никите Михалкову. И, судя по описанию, вдохновение посетило его именно во время очередного своего приезда в свое поместье Темино-Северное, расположенное в Междуреченском районе. «Никита Сергеевич в очередной раз вернулся ошарашенным и раздавленным: в одной из разрушенных деревень он зашел в брошенный дом. Ощущение, что люди покинули его за несколько минут, словно началась война и пришли фашисты... Это собирательный образ того, что произошло с русской деревней».

Именно эти кадры показывают во время общения кинорежиссера с помощником Женей, который колесит с Никитой Сергеевичам по бесхозным полям и заброшенным деревням Междуреченского района. Женя выступает в качестве местного жителя, отвечающего на вопросы возмущенного Михалкова.

«Вот объясни мне, объясни, как могут люди уйти с нажитого места», — аж трясется Михалков. Работник перечисляет вполне понятные причины, почему деревни пустеют: нет работы, нужно поднимать детей, легче приобрести за границей, чем самим выращивать... Такие ответы не устраивают режиссера. «А если заграница откажется помогать?» — задает он каверзный вопрос. «Это все специально делается, чтобы поставить Россию раком», — объясняет Евгений.

Евгений показывает деревню Иванищево, которая исчезла с карты примерно 4 года назад. «Ужас, ужас, — шокирован Михалков, который залезает вместе с помощником в один из брошенных домов. — Создать такую декорацию для фильма не каждый великий художник сможет! А вот рубанок, вот прялка, вот учебник „Родной речи“, детская игрушка... И даже пальто, которое раньше было признаком состоятельности! Как люди могли все это бросить?».

Под ногами валяются коклюшки, кружевные покрывала. «О, смотрите, похожий платок подарили Светлане Медведевой, когда она к нам в Вологду приезжала», — хохочет Евгений. Никита Михалков улыбается...

«А хозяин-то — Михалков!»

«В принципе, в этом нет ничего такого, о чем мы не знали раньше... У Никиты Сергеевича возникла идея показать правду и призвать всех — и простых зрителей, и тех, кто обязан заниматься этой проблемой по должности, — обратить внимание на то, что произошло за последнюю четверть века», — объясняет сценарист в своих интервью.

Действительно, Михалков не делает прямых отсылок власти, но картинка говорит сама за себя. Кадры, сделанные съемочной группой, ужасают — вместо домов — трава и развалившиеся сараи, вместо колхозных полей теперь отличная кормовая база для зверья, и режиссер поясняет, что именно поэтому в некоторых деревнях можно охотиться круглый год.

Ситуацию режиссер сравнивает с послевоенной, когда людям приходилось восстанавливать деревни из пепла. «Вот посмотрите — памятник физиологу Николаю Введенскому (он тоже находится в Шейбухтовском поселении Междуреченского района). Это соратник Менделеева, ученик Сеченова, — сотрясает руками Михалков. — Памятник находится на балансе у района, сюда водят экскурсии. И теперь соедините то, что мы видим, — ужас опустошения в деревне, которая совсем недалеко, и памятник, который стал гордостью... Это полное отсутствие чувства стыда и ужаса за то, что происходит вокруг... А представьте теперь, что памятник стоит на фоне отстроенного села!»

Кинорежиссер дал возможность увидеть таких же заброшенных стариков, которые обвиняют во всем перестройку и гордятся своими детьми, забывшими к ним дорогу. 90-летняя бабушка вынуждена сама копать картошку!

Особый идиотизм Михалков видит в программе, согласно которой в деревнях установили таксофоны и провели Интернет. «Проводить-то стало некуда! И мы не будем сейчас говорить, какие деньги ушли на это, и сколько денег не попало сюда... Мы попробуем набрать МЧС, полицию и «Скорую помощь». Он звонит по номерам вологодских служб, и вологжане не подводят.

На вопрос режиссера «Вы можете помочь нам всем, я говорю из деревни, где не осталось ни одного жителя?» дежурная служба что-то отвечает, и Михалков кричит в трубку: «Нет, я не пьян!» Полиция бросает трубку, не ответив, а сотрудники «Скорой» начинают предполагать, что Никита Сергеевич — больной, и требуют бросить валять дурака.

«Всё правда, и это печально. Хороший фильм. От Михалкова уже не ждал ничего хорошего. С удивлением обнаружил, что ошибался, — пишут вологжане, посмотревшие картину. — Всё правда».

Не нашли противоречий в картине и сотрудники Междуреченского района: «Все точно показали, нам очень понравилось», — сообщили в приемной главы. А вот у главы Шейбухтовского поселения Елены Пальниковой двойственное впечатление: «Никита Сергеевич показал многое очень верно. Деревня Иванищево, которая сгорела, находится в другом поселении, Сухонском. А за памятником мы присматриваем, так как здесь проходят Введенские чтения. Съемки проходили ранней весной, как раз перед чтениями. Мы провели уборку — это видно в картине. Но что касается полей, которые превращаются в охотугодья, — нам было больно на это смотреть. Дело в том, что владелец этих полей — сам Никита Сергеевич. Он начал скупать 4 года назад 1500 паев сельхозугодий. Мы радовались, думали, что он будет что-то делать, даст нам новые рабочие места. Но нет! И поля постепенно зарастают березняком, кустарником и превращаются в охотугодья».

По закону, как говорит Елена Павловна, Михалков как хозяин должен использовать землю именно для сельскохозяйственных целей. Поэтому если сейчас начнется проверка, как именно режиссер использует эту землю, никто в поселении не удивится.

Резонанс у картины такой, что Михалков решил снять продолжение — «Своя земля», где будет рассказывать о людях, которые продолжают трудиться на российских просторах. Кстати, вскоре должен выйти документальный фильм Андрея Кончаловского, который также снимал рабочий материал на просторах Вологодчины.

Автор: Марина Чернова
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика