Классики и современники

03.04.2014 [БлогоVO]

Продолжаем анализировать пренебрежительные клише об авторах-вологжанах. Каковы причины появления таких фраз и суждений? Сегодня рассмотрим такой постулат:

«Современные авторы пишут плохо. Я читаю только классику»

Поскольку тема у нас «классическая», то я довольно часто буду обращаться к примерам из жизни и творчества самих классиков.

Как говорил Гэндальф в сказке «Хоббит»: «Для чего только не используют выражение «Доброе утро»! Вот и фразу «Я читаю только классику» для чего только не используют!

Вообще, из всех клише это для меня самое презабавное. И, оказывается, не только для меня. Очень над ним потешался Юрий Шевчук во время прошлогоднего интервью в Вологде. Поскольку точно передать цитаты не смогу, использую косвенную речь. К Юрию Юлиановичу регулярно приходят молодые музыканты и авторы текстов с вопросом, как бы и им тоже стать классиками (ну или легендами русского рока, кому что нужно). Далее происходит диалог:

Юрий Юлианович: А что Вы предпочитаете читать?
Ответ: М-м-м.. Э-э-э... Пушкина!
ЮЮ: А что Вы слушаете?
Ответ: Дык Цоя!
ЮЮ: А почему?
Ответ: А мы классику предпочитаем!

В данном случае фраза «предпочитаем классику» служит для прикрытия невежества. Некоторые люди просто не знают современных им музыкантов, писателей, художников, но где-то в глубине души все-таки чувствуют, что не знать — неправильно и стыдно. И, как щитом, защищаются фразой: «Я читаю только классику!» Скажешь так, и вроде бы за дурака-то уже и не примут, а подумают: «Какой молодец! Умные книжки читает!»

Следующий вопрос: а почему такие «почитатели классики» интуитивно все же догадываются, что они не правы? Почему защищаются? Да потому, что в классической русской культуре всегда считалось хорошим тоном быть в курсе новых тенденций в современном искусстве, в том числе в искусстве слова. Если говорить о тех, кто создавал законы этой культуры, например, о Пушкине, то он был величайшим модником своей эпохи. Только появилось в Европе новое литературное течение романтизм, едва-едва успел его освоить Василий Жуковский, а Пушкин уже пишет «Руслана и Людмилу», да так что побеждает своего учителя. А мог бы ведь и Александр Сергеевич заявить, мол, читаю только классику, Гомера да Лукреция, и знать не хочу никакого Жуковского, потому что современные авторы все плохие и пишут не так, как античные гении велели.

То есть когда какой-то вологжанин говорит, что «читает только классику», я начинаю подозревать, что из школьной программы он худо-бедно еще запомнил пару-тройку имен, а на современников силёнок уже не хватило, тем более, на вологжан, и он просто не знает ни Марию Маркову, ни Нату Сучкову, ни Сергея Алексеева, ни Анатолия Ехалова и т.д.

Теперь обратный случай. Человек настолько много и часто читает классику, что все остальное кажется ему грубой подделкой. Как правило, это случается либо с прирожденными консерваторами, либо с профессиональными филологами. В этом случае фраза «я читаю только классику» используется в значении: «Форма и средства, а также тематика современной литературы мне не нравятся». 

Однако никто не заставляет современными авторами восторгаться. Не нравится — не люби, но читай. Потому что позиция «не нравится», особенно если она подкреплена причиной (то есть «мне не нравится, потому что...») тоже формирует литературное поле. Заставляет автора обратить внимание на особенности своего творчества, а читателей - на особенности современного литературного процесса.

В этом смысле показателен как раз пример нашей землячки Елены Колядиной. Ее роман «Цветочный крест» у части читателей (как правило, консервативного толка) вызвал бурную реакцию отрицания. На такую реакцию (на бурные обсуждения) и рассчитывало жюри «Русского Букера». «Это был фальстарт, но фальстарт в верном направлении», - говорит литературный секретарь премии, выдающийся литературовед Игорь Олегович Шайтанов. Дело в том, что на тот момент русская литература погрязла в бесконечной скучной «интеллектуальной жвачке»: большинство текстов представляли из себя рефлексию среднестатистического жителя мегаполиса, который варится в своих личных проблемах и за ними не видит ничего больше. Колядина показала, что выбор тем и языковых средств бесконечен.

И расчет «Русского Букера» оказался верным: роман поругали, поговорили, что пришел конец "Русскому Букеру", наградили Колядину «Полным абзацем», но... «интеллектуальную жвачку», посмотрев на себя со стороны, дружно выплюнули и начали искать новые пути развития. В связи с этим не читать и не обсуждать «Цветочный крест» человек, любящий литературу, на тот момент не имел права. Вот не любить (или любить) право есть, а не читать — нет. Вообще, читатель, который говорит: «Мне нравится литература, но я читаю исключительно классику, а современные авторы меня не интересуют» напоминает мужа, который сказал бы своей жене: «Дорогая, я обожаю красивых женщин! Поэтому фигура твоя мне кажется великолепной, а вот на лицо твое я смотреть не хочу и не буду».

К тому же литература начала XXI века — это огромный спектр самых разных произведений и авторов. Никогда в истории литературы не существовало подобного разнообразия. Так что на каждый самый строгий вкус все же найдется современный писатель и поэт, надо только взять за труд поискать. Нравится Белов? - Тогда может стоить прочитать Бориса Екимова, лауреата премии А.И. Солженицына? Любите эксперименты, как в Серебряном веке? - Может, стоить обратить внимание на творчество Виталия Пуханова и Александра Кабанова? Предпочитаете серьезный реализм? - Как насчет книг Людмилы Улицкой и Владмира Маканина?

И, наконец, самое неприятное и некрасивое: фраза «предпочитаю только классиков» используется снобами для того, чтобы принизить значение того или иного автора. Перевод этой фразы: «Осознай какое ты ничтожество в сравнении с Пушкиным/Толстым/Лермонтовым». В Вологде с этой целью любят сравнивать прозаиков с Беловым, поэтов — с Рубцовым. Особенно горько и больно достается от этой трактовки фразы новичкам. Однако некорректная постановка вопроса унизительна и для самих классиков тоже.

Понимаете, это как если бы Олег Тактаров пришел в ДЮСШ боевых искусств и всерьез (а не с учебными целями) вызвал бы на поединок худенького 15-летнего юниора и отправил бы его в нокаут. Современнику никогда не угнаться за авторами, чьи имена уже вписаны в историю. Пушкин не будет равен Гомеру, Бродский — Пушкину, Кабанов — Бродскому и т.д. И сила таланта тут ни при чем. Может быть, 15-летний юниор тоже станет когда-нибудь великим бойцом, может быть, даже кто-то скажет: «Он талантлив, как Тактаров», более того, этот будущий воин может однажды грохнуть Тактарова на обе лопатки, но это ничего не изменит: имя Тактарова из истории спорта новому борцу все равно не вычеркнуть, то есть Тактаров для будущих поколений в этом смысле изначально непобедим, так же, как априори непобедим Белов и Рубцов для литераторов, живущих здесь и сейчас. Помимо таланта есть еще один непреодолимый фактор — время. Не зря говорят: «Даже боги не могут сделать бывшее небывшим». 

Ну и уж совсем безграмотным поступком выглядит, когда с Беловым пытаются сравнивать, к примеру, автора, который пишет научную фантастику, а с Рубцовым - поэта-концептуалиста. Это опять же от невежества. Здесь действует все то же правило: никто не заставляет любить творчество того или иного современника, но делать из классиков контрольно-измерительную линейку нельзя, иначе будущие поколения перестанут ими интересоваться.

В этом смысле мне очень нравится цитата поэтессы Натальи Усановой (Вологда): "В том поколении вологжан, к коему отношусь я, с детства воспитали стойкое отвращение к традиционной российской культуре и к авторам, выросшим на её почве. Неприятие подготавливалось всей закоснелой системой образования и культуры. На всех праздниках извечно мелькали в тему и не в тему напяленные народные костюмы, песни в деревенском стиле, пляски а-ля рюс. Только сейчас я начинаю понимать, что во всей этой паскудной показухе от подлинной народности была одна форма, а содержания не было. До содержания этого копать и копать".

Помните классика Марину Цветаеву, которая насмешливо спрашивала: «Скалозубый, нагловзорый, Пушкин в роли гувернера?» Вот и сбылось ее предостережение: как только классиков превращают в «гувернеров», читатели хотя бы из чувства протеста не обращают на них внимания. Особенно молодые читатели, не терпящие лжи и занудства. Спустя годы, они, возможно, и осознают, что "до содержания копать и копать", но зачем портить им отношения с классиками? Зачем своим высокомерием и формализмом воровать у молодежи годы, которые можно потратить на осмысление великих текстов?

Кроме того, сравнения в литературе - коварная вещь. Во-первых, абсолютно все авторы похожи друг на друга, потому что когда писатель/поэт берет чистый лист бумаги, то там уже написана вся история литературы, мало того, все сюжеты мировой литературы содержатся в Библии, Коране и некоторых других священных текстах. Во-вторых, все талантливые авторы не похожи друг на друга, потому что талант, как отпечатки пальцев, неповторим. Грубо говоря, все писатели и поэты изначально похожи на Белова с Рубцовым, и парадоксальным образом на них не похож никто из ныне живущих. Именно поэтому в литературоведении существует сравнительный метод исследования. Но в неумелых или "предвзятых" руках этот метод превращается в карательную операцию.

Вывод: фраза «Я предпочитаю только классиков» имеет много значений, но ни одно из этих клише не объясняется тем, что современная литература, в том числе вологодская, не достойна внимания читателей. Просто как писал классик: «Мы ленивы и нелюбопытны».

Кого же стоит почитать из современников-вологжан? Список большой: Марию Маркову, Нату Сучкову, Лету Югай, Антона Черного, Сергея Алексеева, Елену Колядину, Галину Щекину, Анатолия Ехалова, Владимира Аринина и других. И, конечно, не забыть про ныне живущих классиков, например, про Ольгу Фокину, Нину Груздеву и всех вологодских авторов из школьной программы. Ну а если не понравится, пожалуйста, рассказывайте, почему не нравится, приводите цитаты и примеры. Делитесь мнениями, обсуждайте и спорьте. Тогда литература в Вологде будет расти и развиваться.

При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика