Взгляд на голод из зеркальной витрины вологодского «Торгсина»-3

14.11.2013 [БлогоVO]

За порогом Торгсина.

Для голодной Вологды 30-х годов магазин Торгсин казался оазисом благополучия «...из раньших времен».

Но — цены!

В газете «Красный Север» за 4 июля 1933 года приведены цены в «Вологодском универмаге» Торгсин. (сохранена орфография оригинала)

Мясо от 20 до 35 коп. за кгр., рыба от 20 до 30 коп. за кгр., масло льняное — 40 коп. литр, масло сливочное 80 коп. кгр., песок сахарный 40 коп. кгр., сахар рафинад — 50 коп. кгр., конфекты — от 70 к. до 1 р. кгр., чай № 105 — 40коп. 100 грамм, мука разная от 16к. до 24. к.

Учитывая, что обычная зарплата в Вологде 120-130 рублей — просто сказочные цены, но в этом же объявлении сказано, что продажа исключительно на золото, серебро и валюту. Копейки в ценах — это от «торгсиновского» рубля, который стоил 6 рублей 60 копеек «советскими», да еще при заниженном курсе приема валюты и золота.

На один доллар в магазинах Польши можно было купить
1,5 кг масла, 3кг. мяса; 3 кг.200 гр сахара,

во Франции — 700 гр. масла; 2,3 кг мяса, 3,5 кг сахара,

в СССР 300 гр. масла, 800 гр. мяса, 1 кг. 200 гр сахара,

(В этих подсчетах доллар принимался равным 5 руб. 75 коп., что было значительно выше официального обменного курса, принятого в СССР в начале 30-х годов (1 руб. 94 коп. за доллар)

В 1933 году цена животного масла в Торгсине составила 170%, растительного масла — 381%, сахара — 300% их экспортной цены.

То есть СВОИМ гражданам сахар продавали в три раза дороже, чем за границу.

Впрочем, и в других местах цены не радовали — так, в столовой пединститута «... цена за обед отвратительного качества доходит иногда до 2 р. 50 к. Это при 38-рублевой стипендии студента!» — возмущается «Студент» в газете «Красный Север» от 15 июня 1933 года и уточняет, какой обед имеется в виду: «Сто грамм каши и вода с остатками овощей»

Апрель, май, июнь 1933 года — это были самые голодные месяцы. За три этих месяца по всей стране люди принесли в Торгсин 15,6 тонны чистого золота.

(Для сравнения — за весь 1932 год — меньше 21 тонн).

А всего за 1933 год Торгсин выкачал из населения 45 тонн чистого золота и... 1 тыс. 420 тонн серебра.

С декабря 1932 года Торгсин стал принимать серебро.

И тут люди начали проявлять смекалку — 50 банковских серебряных рублей после переплавки давали слиток весом в 1 кг. Торгсин за него выдавал 14 валютных рублей, которые на черном рынке шли по курсу 55-60 обычных советских рублей за каждый валютный торгсиновский.

Овчинка стоила выделки — каждый переплавленный приносил десятикратный барыш, и потому серебряные рубли и полтинники оседали в заводях финансовых потоков.

Так, счетовод станционного буфета станции Вологда-1 переправлял рубли и полтинники своему зятю, а тот в кузнице переливал их в слитки.

На ВРЗ мне довелось видеть форму, в которую в 1933 году переливали рубли в слитки.

Чека не дремлет

Согласно инструкции, заведующий секретной части вологодского Торгсина должен был сообщать в экономический отдел вологодского Управления ОГПУ-НКВД не только обо всех лицах, получавших переводы из-за границы, но и общие сведения о своих покупателях.

Внедренный в магазин сотрудник вологодского уголовного розыска докладывал, что кассир Н., жена сотрудника ОГПУ, ведет какую-то отдельную ведомость с указанием имен и адресов покупателей.(Внедрение сотрудника потребовалось из-за массовых хищений, которые совершали сотрудники Торгсина)

В мае 1933 года Василий Г., отец вологжанки, которая поведала мне эту историю, прямо с квартиры зубного врача отправился в Торгсин, с золотой коронкой в кармане.Там в обмен на золотой лом ему выдали товарную книжку, по которой он получил 70 кг. ржаной муки и привез их домой, в Заречье. На следующий день он получил ещё 70 кг. муки, и повез в пригородную деревню, где проживала многодетная семья его сестры, вдовы, у которой было шестеро детей. Тут его и взяли чекисты, на выезде из города, отняли муку и справку на право провоза муки.

Сколько ни хлопотали, сколько ни обивали пороги — муку не вернули.

Требовали — назовите зубного врача, который нелегально снял коронки. Отговорился тем, что сын плоскогубцами снял.

В июне 1933 года железнодорожный служащий получил от дочери, живущей в Канаде, 30 долларов США.(Дочь послала ему 100 долларов) На 12 долларов купил продуктов, но по дороге домой был арестован, и выпущен только через неделю.

Продукты и товарную книжку не вернули. (По официальному курсу доллар равнялся 1 руб. 94 коп. Реальнаяпокупательная способность рубля в начале 30-х годов составляла 4-10 центов.)

В сентябре 1933 года налоговый инспектор с участковым милиционером у жительницы села Говорово (ныне — район ДК ПЗ) изъяли товарные ордера и продукты, купленные в Торгсине — сахар, постное масло, рыбные и мясные консервы, водку. На следующий день ОГПУ провело тотальный обыск и изъяло 6 золотых монет царской чеканки.

Тогда же сотрудники вологодского Торгсина жаловались в Москву, своему начальству — агент ОГПУ, конечно, же прекрасно известный в лицо, следил за сдатчиками и покупателями, заглядывал в товарные книжки,спрашивал, откуда у сдатчиков золото.

В день, когда он появлялся в магазине, и в последующие несколько дней, выручка падала в почти в 10 раз.

Агенты ОГПУ откровенно запугивали посетителей.Как следствие вскипали слухи, что магазин этот — ловушка, как зайдешь, тут тебя и арестуют.

Этим пользовались предприимчивые родственники чекистов — они скупали золото в деревнях по дешевке и сдавали в Торгсин. Тогда же отмечены случаи, когда посетителей вологодского Торгсина грабили бандиты, выдававшие себя за агентов ОГПУ. (А может — они и были чекистами, только с начальством делились).

Для своих

Продавцы, приемщики и валютные кассиры получали паек на общую сумму 12 рублей золотом ежемесячно. С учетом 100%й накидки стоимость пайка составляла 24 руб.

Что могли получить вологодские «торгсиновцы» в 1933 году:

Масло коровье 1 кг — 2.40,

копчености 1 кг —1.80,

мука пшеничная 3 кг — 0.90,

макароны 2 кг — 0.80,

рис 1 кг — 0.50,

рыбные консервы 3 коробки — 0.90,

сельдь 1 кг — 0.80,

сыр голландский 1 кг — 1.50,

чай 0,1 кг — 0.80,

сахар-песок 1 кг —0.40,

мыло хозяйственное 1 кг — 0.80,

мыло туалетное 2 куска — 0.80.

И, получали, конечно... Это покупателя с улицы ставили перед фактом — вот товар на витрине, берите что есть. И торопитесь!

Получить торгсиновскую товарную книжку вовсе не значило получить продукты — муку, крупу, сахар можно было дожидаться неделями, а могли заставить в нагрузку купить галоши, мыло, граммофонную пластинку с речью Ленина...

Газета «Красный Север» 1 июня 1933 года сообщает, что: «... 1 июня прекращается прием товарных ордеров В/О Торгсина в уплату за товары и начинается обмен неиспользованных ордеров на товарные книжки. Срок обмена двухнедельный, считая с 1 июня т.е. до 15 июня. (...) Не предъявленные к обмену товарные ордера будут аннулированы и никакие претензии после 15 июня приниматься не будут»

Половину продаж в шикарном гастрономе Торгсина составляла дешевая ржаная мука...

Уже в 1934 году продажи в Торгсине упали настолько, что он стал убыточным, а в начале 1935 года Торгсин был закрыт.

С 1 января 1935 года отменили хлебные карточки, с 1 октября — карточки на мясные и рыбные продукты, жиры, сахар и картофель, а с 1 января 1936 года — на непродовольственные товары.

Открывались новые специализированные продовольственные магазины и образцовые универмаги, в которых ассортимент товаров был не хуже торгсиновского, а цены — в советских рублях.

Масло сливочное по карточкам стоило 4-5 рублей, а в коммерческой торговле государство брало за него 20-26 рублей

Источник: Павел Шабанов
Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика