Ссора с ученицей довела учительницу до Страсбурга десять лет спустя

06.10.2012 [БлогоVO]
На этой неделе Европейский суд по правам человека рассмотрел целый ряд жалоб по отношению к России: от узбека-ваххабита, заключенного, работницы санатория, выселенной из общежития, и даже от школьной учительницы, повздорившей с ученицей.
Вердикт оказался неутешительным: права человека были нарушены во всех этих случаях.

Попытка перехитрить ЕСПЧ обошлась России в 37800 евро
Первое дело, которое на этой неделе разрешили в Страсбурге, напоминает шпионский детектив с похищением. Заявителем выступил Муроджон Абдулхаков, уроженец Узбекистана. В августе 2009 Абдулхаков выехал сначала в Казахстан, а несколькими неделями позднее добрался до Москвы. На родине заявитель числился сепаратистом, экстремистом и ваххабитом. Узбекские власти передали соответствующие ориентировки на Абдулхакова своим коллегам из московского управления по борьбе с терроризмом, и того очень скоро арестовали. В конце 2009 года суд утвердил арест заявителя и продлевал его дважды до июня 2011 года, когда истек предельный срок содержания под стражей. Находясь в тюрьме, Абдулхаков подал документы на получение в России убежища и временного вида на жительство, но получил отказ. Ему предстояла экстрадиция в Узбекистан, но оспаривая ее, Абдулхаков прошел Верховный суд РФ и ЕСПЧ. Последний и запретил высылать ваххабита на родину до окончания разбирательства по его жалобе.

Сразу по освобождении Абдулхакова в дело вступили некие неустановленные лица, которые, исходя из показаний самого заявителя, 23 августа 2011 года похитили его прямо на одной из московских улиц, насильно усадили в машину и переправили в Таджикистан, где сдали в руки местной полиции. В Таджикистане его снова отправили за решетку, но в ноябре 2011 года освободили. Теперь Муроджон Абдулхаков находится в бегах. Официально экстрадировать его Россия не вправе до вынесения решения ЕСПЧ, однако у нее и нет такой возможности, поскольку заявитель продолжает скрываться в Таджикистане.

Изучив все обстоятельства этого запутанного дела, в ЕСПЧ решили, что похищение и переправка Абдулхакова в Таджикистан состоялась при пассивном, а возможно, и очень даже активном участии российских правоохранителей. Подобное действие, как указал в жалобе заявитель, существенно увеличило риск его высылки на родину, где ему грозят пытки и тюрьма. Кроме того, в Абдулхаков жаловался на то, что его долго держали в российской тюрьме. Страсбургские судьи согласились с Абдулхаковым «по всем статьям». Экстрадиция Муроджона в Узбекистан с большой долей вероятности обернулась бы для него тюремным заключением и пытками — в ЕСПЧ давно записали эту страну в злостные нарушители прав человека и в этот раз не стали отступать от сложившейся практики.

ЕСПЧ признал, что во время злоключений Абдулхакова были нарушены статья 3 (запрещением пыток) и статья 5 (право на свободу и личную неприкосновенность) Конвенции по правам человека. Также в Страсбурге подчеркнули, что суд обязал российские власти не экстрадировать заявителя в Узбекистан. И действительно, в Узбекистан его никто не отправил, но перевезли в страну, которая не ратифицировала Конвенцию по правам человека, а значит, не связана обязательствами со Страсбургом, — разгадали в ЕСПЧ тактический ход российских властей. За попытку перехитрить суд Россию признали виновной также в нарушении статьи 34 Конвенции, по которой страны-участницы обязуются не препятствовать отправлению правосудия. В качестве компенсации Абдулхаков получит от России 30000 евро и еще 7800 евро компенсации за понесенные расходы.
Не пустили с зоны на суд — получи 1500 евро

Следующий заявитель — Владимир Борткевич 1969 года рождения. Он проживал в Вологде, но в 2001 году на девять лет отбыл на новое «место жительства» за нападение на человека с нанесением ему тяжких телесных повреждений. В ЕСПЧ Владимир Борткевич пожаловался на то, что ему не позволили присутствовать на слушаниях по его иску о компенсации за плохие условия содержания в исправительной колонии города Сокол. В своей жалобе заявитель подробно описал свои претензии к администрации местной ИК, которая при поступлении предоставила ему неполный комплект спецодежды, а также не выдала туалетную бумагу, зубную щетку и одноразовую бритву. Но на этом злоключения Борткевича не закончились — когда мужчина натер ногу, врач выдал ему пластырь с истекшим сроком годности, а телеграмму из дома доставили до его камеры с двухдневным опозданием. Среди многочисленных и разнообразных поводов для недовольства, которые администрация колонии дала заявителю, были вещи и посерьезнее, чем старый пластырь или медленная почта: какое-то время его держали в переполненной камере, в которой было несколько ВИЧ-инфецированных заключенных, а также больные туберкулезом.

Заявитель подал иск в Сокольский районный суд Вологодской области, однако и там, а затем и в Вологодском областном суде ему отказали. Кроме того, по словам Борткевича, ему не позволили лично поучаствовать в заседании. В ЕСПЧ сочли доводы осужденного справедливыми, признали нарушение статьи 6 Конвенции по правам человека (право на справедливое судебное разбирательство) и присудили ему 1500 евро в качестве компенсации.

Учительница Храброва доказала, что 10 лет назад ее неправильно уволили
Третий заявитель — московская учительница Ирина Храброва, она пожаловалась в Страсбург на администрацию школы, из которой ее уволили. В начале 2002 года у Храбровой состоялся спор с одной из учениц, из-за которого учительницу сначала отстранили от преподавания, а потом уволили. В своей жалобе Храброва указала, что ее гражданский иск против школы был разрешен недобросовестно, а ключевых свидетелей по делу — других учеников, присутствовавших при конфликте, — просто не вызвали в суд.

История Храбровой началась 30 января 2002 года. На уроке у педагога произошел конфликт с одной из учениц, которой тогда было 16, и строгая учительница выгнала ее из класса. Тогда девушка разнервничалась, ушла из школы без верхней одежды и несколько часов гуляла на морозе. На следующий день она не пришла в школу, потому что заболела, зато пришли ее родители и написали на педагога Храброву жалобу. Учителя уволили, а весной того же 2002 года она подала иск в Хамовнический районный суд г. Москвы, требуя компенсации и восстановления на работе. На суде Храброва пояснила, что не доводила школьницу до слез, как утверждали родители девочки, и не применяла никаких недопустимых методов педагогического воздействия, а ее увольнение — результат старого конфликта с директором, на которого она систематически писала жалобы. Также педагог потребовала вызвать в суд группу учеников, которая якобы была готова подтвердить ее версию событий, в чем суд ей отказал. Храброва проиграла дело сначала в Хамовническом районном суде, а затем и в Мосгорсуде.

Рассмотрев жалобу педагога, в ЕСПЧ признали, что отказ российских судей вызвать для допроса учеников Храбровой «нарушил баланс сил» между сторонами и уменьшил шансы заявительницы одержать верх в суде. Впрочем, европейские судьи подчеркнули, что некоторые ученики все же участвовали в суде, в том числе и по ходатайству Ирины Храбровой. Однако то обстоятельство, что судья Хамовнического районного суда не указал в постановлении причину отказа в вызове свидетелей, склонил чашу весов в пользу заявительницы в Страсбургский суд. В ЕСПЧ признали нарушение статьи 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство) и присудили учительнице компенсацию в размере 4000 евро.
Приставы провинились перед обитателями общежития

Последние заявители — мать и сын Светлана и Александр Пелипенко из Анапы. Светлана Пелипенко работала в одном из санаториев Анапы начиная с 1989 года. Проживала семья там же, в одном из административных зданий. В 2010 году санаторий, находившийся в госсобственности, выкупило частное лицо, и Пелипенко выселили на улицу. Впрочем, в Страсбург мать и сын пожаловались не на выселение, а на неисполнение решения российского суда. Пройдя все судебные инстанции и несколько выселений, Светлана и ее сын добились разрешения вернуться в общежитие, из которых их теперь можно выдворить только с предоставлением им другой жилплощади. Однако их злоключения до сих пор не закончились, поскольку здание общежития оказалось полуразрушенным и непригодным для жилья, а никакой площади взамен новый владелец санатория предоставлять не спешит.

Рассмотрев жалобу заявителей Пелипенко, суд нашел в ней нарушения статей 6 (право на справедливое судебное разбирательство) и 8 (право на уважение частной и семейной жизни) Конвенции по правам человека. В целом претензия страсбургских судей на этот раз относилась не к российскому суду, а к работе судебных приставов-исполнителей, которые в деле Пелипенко продемонстрировали систематическую халатность на всем протяжении исполнительного производства. Однако вопрос о компенсации пока остается открытым и будет разбираться отдельно.
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика