Гайцы на «хлебном» месте

14.02.2012 [БлогоVO]

Вчера я побывал в роли «нарушителя». Обыденная на первый взгляд история: шел из магазина, на плохо освещенном переходе с еле видимой разметкой, переходил дорогу, а полицейские тут как тут. Бывает же, пойдешь за хлебом, а окажешься в отделении полиции в другой части города, где тебе будут сканировать отпечатки пальцев, фотографировать в профиль и анфас прямо как настоящего преступника.

Есть в Вологде «хитрые» места. Для пешеходов они сложные, а для гаишников хлебные. Стоят они в таких местечках и стригут себе штрафы. На регулируемых переходах с хорошей разметкой особо не «разъешься», а тут…

Одно из таких «хитрых» мест – переход на повороте с Пошехонского шоссе на улицу Медуницинскую. С разметкой на этом переходе даже летом при солнечном свете не сразу разберешься, а уж зимой, в полумраке, при плохо расчищенной дороге и подавно. Идешь вроде по переходу, а выходишь черт знает куда, или наоборот – смотришь, вроде где-то здесь, судя по остаткам разметки, должен быть переход, идешь, а на другой стороне тебе на встречу бежит инспектор ДПС. Вот и выбирай: либо ты мечешься по перекрестку в поисках еле видимой в полутьме зебры, либо смотришь по сторонам, чтоб тебя не переехало автомобилем.

В общем, хитрость тут вот в чем. Пешеход видит на обратной стороне остатки зебры, начинает двигаться под прямым углом (смотрим фото), а оказывается в отделении полиции.

Место это, действительно, сложнее для перехода в зимнее темное время, и меня бы бесконечно обрадовал тот факт, что на перекрестке дежурят полицейские, которые помогают гражданам правильно и безопасно перейти дорогу, но только безопасность граждан их, похоже, вообще не интересует. Полицейские там стоят совсем для других целей на расстоянии метров десяти от перекрестка, на Пошехонском шоссе. У них там прямо конвейер, не успевают одних выпустить из машины, тут же подводят других для оформления.

- Как же так! – разводят руками обескураженные вологжане, - Мы же шли в зоне пешеходного перехода!

- Нет, - отвечают им полицейские с каменными лицами, - Вы шли в зоне видимости пешеходного перехода!

Какая же там может быть видимость, если толком ничего не разглядеть? Дорожного освещения на этом участке Медуницинской улицы нет, только свет от фонарей с автостоянки, которая расположена напротив гипермаркета, половину дороги занесло снегом... Но у инспекторов ДПС на все есть ответ: «Освещение соответствует ГОСТу». (Немного освещения на снимках добавила фотовспышка).

Так вот, по порядку. Вышел я из гипераркета «Мармелад», накупив свежих булок, и пошел в сторону улицы Медуницинской. На часах было начало десятого. На вышеупомянутой улице, увидев остатки зебры на обратной стороне, под прямым углом я начал переходить дорогу (уточню, шел я не один, а вместе с дальним родственником). И вот, не успели мы перейти улицу, как нам на встречу со стороны Пошехонского шоссе ринулся человек в светоотражающем жилете, представившийся инспектором ДПС Евгением Львовичем Беляковым.

Господин Беляков сообщил нам, что мы де нарушили правила и перешли дорогу в неположенном месте.

- Как же так! – удивились мы, - Вон зебра, мы переходили дорогу в зоне пешеходного перехода.

- Вы переходили дорогу в зоне видимости пешеходного перехода, - утвердительно заявил Беляков, произнося, видимо, хорошо отработанную фразу, - Пройдите в машину для составления протокола.

Недолго постояв у полицейского автомобиля, в котором оформляли, видимо, такого же «нарушителя», нас усадили на заднее сидение и началось.

Одного из нас «оформили» быстро. Правда, вологодским полицейским явно не понравилась наша правильная с точки зрения русской орфоэпии речь:

- Маааааасквичи, - то и дело передразнивал Беляков.

Что же поделать, не научился я окать, вот беда. Да и в московском Литературном институте не для того пять лет учился, чтоб овладеть диалектным «оканьем». Подражать же на все лады окающим вологодским полицейским, дабы сойти за «своего», как-то совсем не хотелось.

И что же дальше? А дальше у меня не оказалось с собой документов, а признаваться в том, чего я не совершал, я отказался. (Что же поделать, ну не привык я ходить в булочную с паспортом. А вообще, существует такой неофициальный индикатор демократии, когда уровень свободы в стране определяется расстоянием, которое ты можешь преодолеть без паспорта. Как видим в России эти расстояния очень коротки). Но, вернемся к делу.

Моя строптивость и несговорчивость, по всей видимости, полицейским очень как не понравилась.

- Не согласны? Нет документов? В таком случае мы доставим вас во второе отделение полиции для выяснения личности.

- С таким же успехом вы можете доехать до моего дома, и я предъявлю вам паспорт, - с некоторой, как я теперь понимаю, наивностью предложил я.

- Мы не такси, чтоб по домам развозить, - не без грубости ответил Беляков, - к тому же я вам не доверяю.

Между делом я позвонил адвокату Елене Шиняковой:

- Если задерживают, главное не сопротивляйтесь, - посоветовала она, - потом можно будет написать жалобу в прокуратуру.

А тем временем меня повезли во второе отделение в район ПЗ. По дороге я позвонил депутату ЗСО Евгению Доможирову и попросил его приехать в отделение, чтоб подтвердить то, что я являюсь Волковым Игорем Владимировичем, а ни кем-то другим. Сразу хочу поблагодарить Евгения, не смотря на позднее время, он тут же сорвался с места и приехал в отделение вместе с Романом Морозовым.

Услышав разговор, Беляков заявил:

- Депутатам мы не доверяем, доверяем только сотрудникам полиции.

Странное дело, подумал я, тысячи людей, голосовавших на выборах, депутату Доможирову доверяют, а полицейские нет. А вот многие ли в России доверяют полицейским?

И вот я во втором отделении полиции.

В коридоре отделения Евгений Доможиров предъявил депутатское удостоверение инспекторам ДПС Белякову и Волкову (если я правильно расслышал, второй оказался моим однофамильцем), и выразил готовность подтвердить мою личность. Но действия это никакого не возымело. Меня завели в помещение, на двери которого красовалась надпись: «Запрещается пользоваться сотовыми, транковыми радиотелефонами, пейджерами и другими средствами радиосвязи, аудио-, видеозаписывающей аппаратурой». Депутата Доможирова ко мне не допустили, хотя я просил об этом, диктофоном пользоваться запретили на основании надписи на стене и дверях.

Серьезное основание, не правда ли? При этом инспектор Беляков часть происходящего записывал на камеру мобильного телефона. Видимо, мы с ним в правах неравны.

Что же происходило дальше? Сотрудник второго отделения полиции просканировал мои отпечатки пальцев, куда-то позвонил, сфотографировал меня в профиль и анфас, после чего выдал справку о том, что я – это я. Инспектор Беляков что-то скороговоркой пробубнил о моих правах, о каких-то статьях, а инспектор Волков принялся за составление протокола.

Когда я попросил разъяснить права мне подробнее и принести для ознакомления КОАП, Беляков заявил:

- Мы не обязаны это делать.

Что в итоге? Протокол о несуществующем нарушении я подписывать не стал. Подписал лишь протокол о задержании. При этом никаких документов, в том числе копии протокола мне не выдали. (Не знаю, правильно или нет, я поступил, отказавшись подписываться, но правильный совет мне дать было некому).

- Ходатайства есть? - спросил Беляков.

- Есть, - ответил я, - я прошу допустить ко мне депутата Доможирова.

- Ходатайства заявляются в письменном виде.

- Дайте бумагу и ручку, я напишу.

- Это пишется в протоколе, а вы его отказались подписывать, теперь поздно.

Разговор шел на повышенных тонах, видимо, поэтому в помещение заглянул дежурный и спросил у меня:

- Вам не угрожают?

- Нет, - ответил я.

Справедливости ради, хочу поблагодарить сотрудников второго отделения полиции. И сотрудник, проверявший мою личность, и дежурный вели себя по отношению ко мне как воспитанные люди вежливо и корректно. Что же касается инспекторов ДПС, тут уж извините. Славно поработали господа Беляков и Волков. И протокол о липовом нарушении оформили, и «опасного преступника» на опознание доставили. Наверно, получат за это баллы, говорят, их теперь баллами оценивают.

Вот так я сходил за хлебом через «хлебное» место. Видимо, продолжение следует.

P.S. Особая благодарность депутату ЗСО Евгению Доможирову и гражданскому активисту Роману Морозову. Все время, пока я находился во втором отделении они требовали допустить Евгения в помещение, где велось мое опознание. Евгений звонил мне и давал советы, пока мне не запретили пользоваться мобильным телефоном. Благодарю адвоката Елену Шинякову за консультацию по телефону. Спасибо!

Система Orphus
При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика