Максим Москалев: Китайские писатели: книги, которых читают только в США

19.02.2014 []

Решил разбавить тему бизнеса темой литературы, которая также является частью бизнеса. Сегодня будем говорить о писателе из Китая Юй Хуа (Yu Hua), авторе книг «Chronicle of a Blood Merchant», «To Live and Brothers», творце серии «Boy in the Twilight: Stories of the Hidden China», которая вышла в январе этого года. Почему Юй хочет говорить о литературе, а не о Нобелевских премиях и что такое эволюция языка в слове читайте далее (интервью переведено).

Максим Москалев: - Здравствуйте, Юй. Расскажите, какие китайские писатели Вас вдохновляют? Кто самый недооцененный китайский писатель в китайской истории литературы, а кто самый переоцененный? Пожалуйста, опишите кратко статус современной китайской литературы и стоящие перед ней задачи.

Yu Hua: - Среди классической литературы я больше всего ценю произведения от Tang и Song - они краткие и яркие. Есть также другие писатели – их слишком много, чтобы назвать несколько. Что касается классических сочинений – можно начать с Guwen Guanzhi. Что касается 20-го века, мой любимый писатель - Lu Xun. Каждое слово, которое он написал, было как пуля - как пуля прямо в сердце. Guo Moruo - наиболее переоцененный писатель Китая. Shen Congwen раньше был самым недооцененным, но теперь он достиг престижа, которого заслуживает.

Самая большая проблема, стоящая перед китайской литературой в том, как выразить сегодняшние реалии. Реальность более нелепа, чем вымысел. Это трудная задача - передать абсурдность реальности в романе.

Москалев Максим: - Читатели во всем мире ценят вашу работу - как в Китае, так и на Западе. Что это значит для Вас? Как Вы объясните широко распространенное обращение своих книг? Какие-то другие писатели в Китае обладают тем же потенциалом? Что они должны преодолеть, чтобы получить внимание Запада?

Yu: - Это явление трудно объяснить. Я думаю, единственное слово, которое я могу использовать - это удача. Мне действительно очень повезло. У меня есть много читателей в Китае и приличное количество на Западе тоже. Когда я пишу, я не задумываюсь, понравиться это всем читателям или нет, потому что читатели все разные. В Китае есть поговорка «zhongkounantiao», что означает «Независимо от того, насколько хорош повар, невозможно сделать блюдо, которое обслужит все вкусы». Как писатель, я очень строг с собой. Я никогда не снисходителен к себе, я не выпущу произведение для публикации, если я им не доволен.

Максим Москалев (листает фото): - Вы сказали, в Китае много писателей, но когда мы обсуждали китайских писателей в истории, Вы в первую очередь говорили о мужчинах. Где женщины-писатели? Как Вы их оцениваете? В мире букв важно иметь баланс между полами?

Yu: - Китай никогда не имел недостатка в отличных писательницах - Eileen Zhang, Wang Anyi. Например, в работах Wang Anyi очень трудно почувствовать, что писатель - женщина. Отличный писатель должен быть нейтральным.

Москалев Максим: - Как Вы оцениваете навыки чтения обычного китайского народа? За последние несколько лет технология чтения изменилась. Как автор, как Вы оцениваете эти тенденции?

Yu: - В метро я вижу всех, кто читает на мобильных телефонах. Вы почти никогда не увидите, что кто-то держит реальную книгу... Трудно себе представить, как с помощью мобильного телефона прочитать Анну Каренину. Я думаю, что большинство из этих читателей читают "фастфуд" романы, потому что они всегда используют свои телефоны. Сегодняшние молодые люди наносят большой ущерб суставам своих больших пальцев. Боль уже начинает беспокоить их, так что, возможно, когда-нибудь мы вернемся к обычному способу чтения книг.

Maxim Moskalev: - Книги по самопомощи и способам разбогатеть наполняют полки китайских книжных магазинов. Кто-то читает серьезную художественную и научно-популярную литературу? Считаете ли Вы, что данный жанр становится вымирающим?

Yu: - Вы совершенно правы. Книги о том, как заработать деньги и как добиться успеха очень популярны в то время, как серьезные художественные и научно-популярные произведения неактуальны. То же самое во всем мире, но, по крайней мере, это только спад - не резкое и полное обрывание культуры.

Сегодня в средней школе я оставил сообщение на моем Weibo [прим: микроблог]. Ученик сказал, что он и его одноклассники читали мою книгу «To Live and Brothers», но, когда учитель обнаружил книгу, он конфисковал ее и сказал молодому человеку, что наличие таких книг в школе – это заражение себя и одноклассников. Учитель требует от них только чтения учебников… Это хорошо, что эти студенты все еще читают произведения литературы.

Maxim Moskalev: - В чем важность литературной критики в Китае? Каково ее состояние?

Yu: - Писатели должны заботиться о реальном мире, как это делают критики. В Китае есть многие, кто думает, что литература не должна рассказывать реальные вещи, что литература должна существовать от них отдельно.

Максим Москалев: - Что нужно делать, чтобы способствовать развитию молодых литературных талантов в Китае?

Yu: - В Китае молодые писатели развиваются самостоятельно. Они не культивируются. Это потому, что литературное образование в китайских университетах не такое же, как в Штатах. В Штатах отличные авторы и поэты обучаются у профессоров. В китайских университетах большинство литературных профессоров преподают теорию, критику и историю.

Москалев Максим: - Как экономическая и политическая ситуация Китая влияет на Вашу работу?

Yu: - Общественный прогресс Китая уже повредил целое поколение молодых людей, которые почитают материализм, но, как только социальные проблемы наберут больший масштаб, молодые писатели изменятся. В конечном счете, они будут напоминать писателей моего поколения и будут заботиться о социальной реальности.

Максим: - Как Вы относитесь к тому, что Ваша последняя книга не может быть опубликована в Китае? Когда Вы пишете, Вы считаетесь с цензурой? Вы берете во внимание ситуацию на рынке?

Yu: - Как только я написал первую статью, я уже знал, что она не будет опубликована в материковом Китае. Когда я пишу, я не думаю о цензуре и рынке.

Москалев Максим: - Почему Вы так уверены, что Ваши истории будут опубликованы в Китае когда-нибудь?

Yu: - Это уверенность в моей нации. С 1980-х Китай был открыт по отношению к своей экономике. Политические мотивы то ослаблены, то затянуты, но в целом мы становимся все более и более открытыми.

Maxim: - Над чем Вы сейчас работаете?

Yu: - Я продолжаю писать колонку для New York Times. В то же время хочу написать несколько рассказов.

Maxim: - Спасибо, что уделили мне время. Успехов Вам!

При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на адрес newsvo.ru
Яндекс.Метрика